— Гости ждут, мне, наверное, надо вернуться.
— Не стоит. Думаю, тебе надо прийти в себя, а то у тебя лицо как будто тебе сегодня на плаху. Я разберусь с гостями, скажу, что ты осталась заботиться о матери.
— Да, сделай так Леша, я на тебя надеюсь. И позови ко мне Анастасию, теперь и ей нужно сказать. — голос матери потеплел и она расслаблена облокотилась на подушки- и служанку с кормилицей тоже.
Юная графиня попыталась поймать взгляд матери, но она выглядела так будто задремала, но не отпустила ребёнка.
Поэтому девушка развернулась на каблуках и направилась к выходу.
— Аксинья... Пожалуйста не злись. Это — Судьба, у нее на нас свои планы. – голос графини был почти извиняющимся. Была бы Аксинья в обычном состоянии, то записала бы это в собственные достижения, заставить графиню Крылову почувствовать вину, кому такое удавалось? Но девушка даже не обернулась, а молча вышла из комнаты и даже не заметила, как добралась до своей. “ А ведь это должен был быть вполне обычный день рождения”, подумала она, ложась на кровать. Столько мыслей роилось в голове “ Мне придётся отрезать волосы. Что об этом скажет Наталья? Говорят, что война скоро, а с кем? Я же крови боюсь, как я там выживу? Мама рассказывала, что принимала участие в операции по … Как же это называется? Кажется, ампутация ноги. А платья взять с собой не получится, наверное. Говорят, что цесаревна там. Замуж меня не возьмут получается теперь и не поеду на Минеральные воды“. Мысли атаковали голову, и она не стала им сопротивляться.
«надеюсь, я проснусь и всё окажется сном»
Глава 2. Отрезанные волосы
Когда ей было пять лет, они с матерью и Старшей служанкой поехали в форт к отцу. Тогда еще не закончились бои близь города Псков находящийся почти на самой границе империи. Город до сих пор являлся одним из самых любимых мест набегов конных варваров и наёмников. Вокруг этого места было много болот. Здесь война никого не прекращалась, а население состояло в основном из семей военных.
Мама хотела не только встретиться с мужем, но и навестить подругу, которую только назначили главой госпиталя. Тогда только начали вводить инновационный подход, обязательное мыть рук горячей водой с мылом и раздельное распоряжение больных. Также здесь было излюбленное место для отправки молодых Сестёр для практики: сломанные кости, колотые раны и пулевые ранения были здесь в избытке и прохлаждаться не приходилось, руку набить можно было быстро.
Она помнила, что отец удалился на совет, а мама захотела остаться наедине с подругой, поэтому няня пошла с ней прогуляться. В памяти пятилетней девочки запомнились пыльные, грязные широкие улицы, однотипные домишки, мужчины в форме разной степени потёртости и женщины с бесцветными усталыми лицами сновали туда-сюда, казалось без цели. Проходя мимо грязной беленькой часовенки, они услышали взрыв— это взорвался снаряд в пушке, но об этом узнали потом. Большая часть горожан решили, что к городу приближается неприятель. Няня от неожиданности попятилась и случайно толкнула маленькую Аксинью. Девочка упала, испачкала плате и поцарапала коленки. Люди вокруг засуетились, побежали к месту взрыва. Няня подняла Аксинью и попыталась увести к родителям, но толпа, высыпавшая на улицу, очень затруднила движение. Стоял гвал из десятков голосов, кто-то из женщин плакал, а Агафья, крепко схватив девочку за запястье и начала продираться против движений толпы. Аксинья не понимала, что происходит, и паника взрослых передалась ребёнку. Ее толкали, пихали, пыль, поднятая десятком ног, попала в глаза и в рот, начался безудержный кашель. Что бы взять ее на руки Агафье пришлось бы остановить, но та боялась потерять время. Казалось, прошло не менее часа, когда толпа рассеялась и они вышли на относительно свободное пространство, уже недалеко от госпиталя, да и штаб отца уже был не далеко.
— Я хочу к маме, кхе-кхе, давай быстрей к маме! — она была готова разрыдаться в любую секунду.
— Сейчас дорогая, почить дошли.
«Посторонись!»
Они обернулись, толпа за ними расступилась и из гущи вынырнули девушки в белых платках и фартуках, тащивших раненных. Было не понятно, живы они или уже пора писать некролог в семейной книге. Вид окровавленных тел заворожил и притянул взгляд девочки, и она уже не смогла оторвать. Сестры резво как будто не чувствовали вес тел пробежали ко входу в госпиталь, только совсем молодая девушка, державшая последние носилки сзади споткнулась и выронила ручки носилок, а ее напарница не удержалась на ногах и упала в дорожную пыль. Мужчина рухну как мешок с картошкой и дважды перекатившись оказался почти у самых ножек Аксиньи. Он страшно захрипел и протянул руку в ее сторону, точнее, то, что от нее осталось. Она напоминала ветку, сломанную злым ребёнком. Осколок кости торчала оттуда, где должна была начинаться кисть. Девочка закричала так, как, наверное, больше не кричала никогда в жизни. Всё это произошло за какие-то пару секунд. Белые сестры быстро оправились, подхватили несчастного, уложили обратно и скрылись за дверями госпиталя.