Он тоже говорил, что любит её. Но когда узнал о её зависимости, почему-то сразу оставил её в покое. Побоялся принимать какое-либо решение. Любить легко, пока нет трудностей. Все они трусы! Все, кроме одного.
Внезапный удар грома неподалёку от их дома вывел её из раздумий. Она вздрогнула и прикрыла рукой рот, чтобы не закричать. Следующий удар раздался как будто над самой крышей. И в ту же секунду по стёклам окон забарабанил дождь. Кристина инстинктивно запахнулась в одеяло. Грозы она боялась с детства, когда ещё жила в детском доме. Там она забиралась под кровать и лежала там до тех пор, пока воспитательница чуть ли не силой не вытаскивала её наружу. Никто не объяснял ей, почему не надо бояться. Её всего лишь ругали, а потом заставляли долго стоять в углу. Потом она возвращалась в свою холодную постель и, накрываясь с головой одеялом, закрывала глаза и представляла себе тёплое уютное место, где-нибудь подальше отсюда.
Но теперь она выросла. Однако страхи остались прежними. И снова никто не обнимет, не успокоит её, не скажет ей, что всё будет хорошо, и бояться не стоит. Никто, кроме него…
Она внезапно поднялась и побежала наверх. Босые ноги гулко шлёпали по ступеням. Здесь было так же темно и тихо.
– Андрей! – робко позвала Кристина. – Андрей, ты спишь?
Он проснулся не сразу. Всё-таки, усталость и скрытое напряжение взяли над ним верх. Очутившись в своей постели, он мгновенно провалился в глубокий сон. Но, услышав голос, звавший его словно издалека, он понемногу начал приходить в себя. Сознание быстро вернулось к нему. Он приподнялся и спросил:
– Кто здесь?
– Это я, Кристина, – прошептала девушка.
– Что случилось? – он потёр глаза. Спать всё ещё хотелось.
– Гроза… Я боюсь грозы! Не прогоняй меня, прошу!
Андрей встал и подошёл к ней. В полумраке комнаты её фигура казалась совсем тоненькой. Он прикоснулся к ней и почувствовал, что она дрожит.
– Мне холодно! – жалобно, совсем по-детски, произнесла она. – Пожалуйста, согрей меня! – и в ту же секунду сама бросилась ему на шею. Андрей опешил от неожиданности, но руки сами собой потянулись к ней и обвились вокруг её узкой талии. Тут он обнаружил, что на ней почти совсем нет одежды. Но когда он назвал её по имени, собираясь что-то сказать, она тут же прильнула к нему губами.
Он отшатнулся и уже хотел было отодвинуть её, как она снова прошептала:
– Пожалуйста, Андрей! Не прогоняй меня! Прошу…
И он сдался, не стал противиться ей. Сон прошёл мгновенно, словно его не было. Обняв своими тёплыми, сильными руками, он впустил её в свою постель, согревая жарким дыханием. В тот момент она показалась ему слабой, беззащитной девочкой, ищущей тепла. Он гладил её по волосам, целовал её мокрые от слёз глаза, а когда она доверчиво прижалась к нему, то понял, что и он во власти этих искренних, безудержных чувств, так внезапно открывшихся ему. И тогда души их, такие разные, сплелись в единое целое…
– Спасибо тебе, – прошептала Кристина.
– За что?
– За то, что ты такой добрый.
Он усмехнулся.
– Пожалуй, ты первая, кто это сказал.
– Почему?
– Ну, потому что все считают меня другим. Резким, грубым, даже жестоким.
– Это неправда. Они просто тебя не знают.
– Я и сам себя не знаю…
А дождь всё барабанил по стеклу. Сверкала молния, но уже где-то вдали.
* * *
И вновь ударил гром. Похоже, гроза, собиравшаяся уже было отступить, решила вернуться и заявить о себе снова. Сработала сигнализация. От этого звука Андрей проснулся и резко открыл глаза. Всё ещё было темно, и ночь продолжала господствовать. Интересно, сколько сейчас времени, подумал он и, вытянув руку в сторону, вдруг обнаружил, что там пусто. Пошарив немного и не найдя Кристины, он встал и зажёг свет.
Комната была пуста. И её одежда, поспешно брошенная ею на пол, тоже исчезла.
– Кристина! – позвал он сначала негромко. Но, не услышав ответ, он стал звать её громче. Натянув брюки, он спустился вниз. Там было так же пусто. На диване лежало оставленное ею одеяло. Он заглянул в ванную, обшарил все углы, – её нигде не было. Тут взгляд его упал на стул, где висела её верхняя одежда. Он подошёл и стал перебирать вещи. Не хватало синей водолазки и брюк. Тогда он подбежал к двери. Предохранитель был снят, замки открыты. Дверь оказалась заперта всего лишь одним ключом, при чём с обратной стороны. Тогда он понял всё.