В нижних комнатах по-прежнему никого не было, и Энн присела на стул, раздумывая над словами Боба, стараясь проникнуть в их смысл. Она боялась даже помыслить о том, что, быть может, он решил снова уйти в море, даже не повидавшись с ней, и, напуганная тем, что натворила, объятая тревогой, стала ждать его возвращения.
Глава 40
Деловой визит
Ее тревожное ожидание было нарушено легким стуком в дверь, после чего послышался шорох, словно чья-то рука шарила в темноте, нащупывая дверную щеколду. Дверь немного приотворилась, и в щель глянуло мертвенно-бледное лицо дядюшки Бенджи.
– Ох, господин Дерримен, как вы меня напугали!
– Ты одна здесь? – шепотом осведомился старик.
– Маменька и мистер Лавде где-то в доме.
– Хорошо, – сказал старик, входя в комнату. – Я совсем замучился, просто до смерти, и снова подумал о тебе – именно о тебе, дорогая Энн, а мельник мне не нужен. Если б только ты могла взять это и подержать у себя несколько дней, пока я не подыщу какого-нибудь хорошего местечка… Если б только ты согласилась! – и, совсем запыхавшись, он поставил на стол металлическую шкатулку.
– Как! Вам пришлось выкопать ее из погреба?
– Да. Мой племянник пронюхал про нее – как, ума не приложу! Но только он и молодая особа, с которой он где-то познакомился, рыщут по всему дому. Я работал, как землекоп, чтобы вырыть ее, пока они шарили в соседнем погребе. А теперь скажи, куда ты ее спрячешь, голубка? Здесь, ты знаешь, всего несколько бумажек да мое завещание, ну и прочие мелочи. Ох, беда мне, я просто с ног сбился и едва не умер от страха!
– Я пока спрячу ее здесь, а потом придумаю что-нибудь получше, – сказала Энн, взяв шкатулку. – Господи, да какая же она тяжелая!
– Да-да, – поспешно сказал дядюшка Бенджи. – Шкатулка-то ведь железная. Ну пожалуйста, позаботься о ней, а уж я постараюсь, чтобы ты об этом не пожалела. Ах, ты очень славная девушка, Энн. Жаль, что ты не моя дочка!
Энн посмотрела на дядюшку Бенджи: ей уже давно было понятно, что старик по-своему привязался к ней, – и бесхитростно спросила:
– Почему вы так говорите?
– Ладно, оставим это. Куда ты спрячешь шкатулку?
– Сюда, – сказала Энн, подходя к окну: подоконник откидывался, как крышка, и под ним был деревянный ящик, какие нередко встречаются в домах старинной постройки.
– Ну что ж, пока, пожалуй, сойдет, – с сомнением сказал дядюшка Бенджи.
Они поставили шкатулку в ящик, Энн заперла его на ключ и передала ключ старику.
– Но я не хочу, чтобы ты помогала мне задаром, – добавил старик. – Я ведь никогда так не поступал, верно? Вот это я приготовил для тебя. – И он протянул Энн небольшой бумажный сверток.
Она взяла его и с любопытством повертела в руках.
– Я давно собирался это сделать, – сказал Дерримен-старший, не отрывая глаз от свертка, который она продолжала держать в руке, и вздохнул. – Ну же, разверни его, моя милая! Я давно собирался это сделать.
Энн сделала, как он велел, и увидела двадцать аккуратно уложенных новых гиней.
– Да-да, это для тебя. Я давно собирался! – еще раз повторил дядюшка Бенджи и опять вздохнул.
– Но за что? Ведь ничего такого я не сделала! – возразила Энн, протягивая ему обратно деньги.
– Не говори так! – воскликнул старик, зажмурившись. – Убери, убери их… Послушай, если ты действительно не хочешь их принять… Нет, убери их, дорогая Энн: они принадлежат тебе, потому что ты хранительница моего секрета. Спокойной ночи. Возьми их, они твои.
Но, сделав несколько шагов к двери, он обернулся и произнес озабоченно:
– Ты же не потратишь их впустую, милая: на наряды, или ярмарочные гостинцы, или на какие-нибудь безделушки?
– Нет, конечно, – заверила его Энн. – Но, право, я бы хотела, чтобы вы взяли их.
– Нет-нет! – отказался старик и отпрянув в сторону, чтобы не видеть блеска монет, но, выйдя в коридор тут же вернулся обратно. – И ты не будешь никого ссужать этими деньгами и не положишь их в банк? Ведь в такое тревожное время ни один банк нельзя считать надежным… Я бы на твоем месте сберег их все до единой, чтобы остались целехоньки, и не стал бы их тратить ни при каких обстоятельствах. Может, мне запереть их в мою шкатулку и сохранить для тебя?
– Ну конечно, – сказала Энн, и старик мгновенно отомкнул ящик под окном, открыл шкатулку и запер в нее монеты.