А это кто лезет за ним, приподнимая длинные полы красной хламиды? Вздернутый нос, ярко-голубые глаза, морщины, убегающие со лба на лысину – Первоучитель Рентин! Неужели собрался проверять Нагорную крепость с научной точки зрения?
А кто же с другой стороны, почему там никого не видно? Дверка повозки качнулась, и из-за нее изящно высунулась нога в узорчатом сапоге из пилейской кожи с наборным каблуком. За сапогом из-за дверки появилась штанина из роскошного сегдетского бархата, затем полы легкого кафтана из жатого шелка с вышивкой и, наконец, князь Питворк во весь рост - усы напомажены, волосы завиты, на голове шляпа с цветами, а у пояса - длинный нож в золоченых ножнах. Начальник охраны выглядел избалованным франтом без единой мысли в голове, но первое впечатление было обманчиво. Дарион хорошо знал, что под завитыми кудрями и цветочной шляпой князя Питворка хватало мыслей и для того, чтобы интриговать при дворе, и для того, чтобы перехитрить восставших кортольцев.
Князь Ленорк остановился посередине двора и изобразил изящный полупоклон, не забывая соблюсти княжеское достоинство. Молодец, так и должен себя держать хозяин большой крепости. А теперь и королевский старшина-от-ворот обязан проявить учтивость. Дарион сделал шаг навстречу гостям и отвесил придворный поясной поклон князю Питворку, получив в ответ важный полупоклон. Поясной поклон предназначался и Первоучителю Рентину, который в ответ поклонился так же низко, хотя и несколько боком. Потом последовал вежливый полупоклон в ответ на поклон смущенного дознавателя Тераля. Молодец в доспехе-зерцале отвел повозку на место и в пояс поклонился хозяевам, сняв шлем. Да это же девица! Не юная, лет двадцати пяти, темноволосая, темноглазая и такая могучая, что в бою с ней не всякий справится - мелкого Диго или худого Зентина она, пожалуй, снесет с пути и не заметит. Дарион кивнул воительнице и повернулся к старшим гостям.
- Сегодня день поминовения погибших, прошу почтенных гостей участвовать в поминальной службе.
Князь Ленорк, не дожидаясь остальных, двинулся к певчим, Первоучитель Рентин смотрел удивленно, будто впервые такое видел. Скорее всего, так и было – ведь еще в Дедов день этого года любому мыследею под страхом смерти был запрещен въезд на земли Нагорного Рошаеля. Князь Питворк снял свою шляпу с цветами и бросил в окно повозки.
- В Рошане меня предупреждали, что независимо от проверки именем короля, сюда будут присланы какие-то святые братья, – проговорил он. - Их до сих пор нет, но они ведь нам не нужны, верно?
- В Нагорном Рошаеле к священному Огню обращается старший по званию, ему не надо быть святым братом, - сказал Дарион.
- Старший по званию здесь я, - сказал князь Питворк. - Но я не подданный Нагорного Рошаеля. От имени короля, разрешаю вам провести обряд так, как велят обычаи княжества.
Он по-хозяйски зашагал к внутренним воротам, Дарион пошел вместе с Рентином и Тералем, за ними потянулись остальные. Певчие ждали на площадке перед храмом, князь Ленорк стоял на шаг впереди, Дарион встал рядом со старостой певчих Ривенором и тут же сглотнул голодную слюну. Надо же сколько ящеричных хвостов от своих ящериц закоптил на продажу Ривенор, чтобы так пропахнуть копченым мясом! Но чем скорее они отпоют службу и закончат проверку, тем быстрее пойдут обедать. Пение началось как нельзя лучше. Несмотря на пропущенную спевку, молодой князь запел поминальную молитву с настоящим чувством, вкладывая душу в давно знакомые слова.
- Родилось солнце из Огня,
И вечный совершает путь.
Шел человек, свой путь храня,
В конце он может отдохнуть.
Он остановился, Дарион вместе с певчими повторил молитву и замолчал. Князь Ленорк на мгновение растерялся, оглянулся по сторонам, но все-таки вспомнил слова.
– Гори, Огонь, пока идет
Душа заоблачным путем…
Молодой князь пел негромким, но выразительным голосом, будто пытался рассказать все, что знал о жизни и смерти. Молодец, Ленорк, вот так бы и до конца!
- Навек пусть слава тех найдет
Кто пал на поле боевом…
Сейчас князь, как старший по званию, должен войти в храм и огнивом зажечь огонь в чаше. Дарион двинулся за ним, не вполне вежливо обогнав гостей. Не мешает проверить, не показался ли снова этот подозрительный свет на стенах, уж очень он напоминает огненную кару! Певчим и деревенским жителям можно будет, конечно, объяснить это добрым знамением, но от князя Питворка и Первоучителя Рентина отделаться так просто не удастся. Они и без этого смотрят во все глаза, важно проходя в двери храма. А там еще и дотошный мыслеслушатель Тераль, и его вооруженная до зубов помощница, перед ними старшине нельзя ударить в грязь лицом!