- Сотник Рейт, рядовой Юнис, за мной! - Дарион бросился в зал, а за ним рванулись не только Рейт с Юнисом, но и князь Питворк, дознаватель, и остальные проверяющие. Посреди расписанного цветами зала стояли два святых брата, осыпая все вокруг искрами. Породистые розовые светляки с писком метались под потолком, их пустые клетки качались, отбрасывая решетчатые тени. Тетка Виргалия с блюдом копченых хвостов в руках застыла, как изваяние, Летирна визжала из-за изразцовой печки так, будто ее жгли заживо, посыльный Кари залез под стол, не замечая, что деревянные подошвы его башмаков торчали из-под вышитой скатерти наружу, а посудник Сорвин спрятался за лавкой, не выпуская из рук метлу.
- Что происходит? - спросил Дарион, вытаскивая нож. Наконец-то старшина-от-ворот сможет призвать кое-кого к порядку. - Святые братья, почему вы пугаете людей? Идет королевская проверка, ведите себя соответственно!
Направник и радетель разом повернули к нему пустые прорези колпаков, из их черной глубины сверкнули красно-желтые языки огня. Тетка Виргалия взвизгнула, уронила блюдо на пирог с мясом и бросилась к черному ходу. Лавка у стены вспыхнула, Сорвин бросился за сундук, подхватив метлу. Направник снова взмахнул светящимся рукавом.
- Никто не должен владеть проклятой вещью! Да падет на отступника огненная кара! - среди складок хламиды сверкнуло пламя, и Дарион почувствовал давление внушения. Ага, этот огненный святоша тоже внушает, хотя куда слабее!
- Прекратить! - скомандовал Дарион, пуская в ход все внушение, на которое был способен. - Здесь Нагорная крепость, а не храм Огня!
Радетель, оттеснив своего начальника, вышел вперед и широким движением указал на стену. Там, на фоне голубых и зеленых изразцов, спокойно лежал на прочных крюках двузубый рампер Правого Дела.
- Отвратительный предмет поклонения, непристойно висящий у всех на виду, ввергает в соблазн слабые души тех, кто поет молитвы без участия слуг Огня! – торжественно и певуче возвестил он, величаво поднимая руки. - Работа презренных рудоделов, чтущих лишь своих презренных предков, не может находиться там, где веруют в Огонь! Святые братья Огня изымают проклятое оружие для очищения огнем!
Тьма преисподняя, да он же не проклинает, а радуется! Вдохновился видом умного оружия так, что почти запел, и уже руки тянет к рамперу! По хламиде радетеля забегали языки пламени, рампер завис над крюками, на середину зала выбежал князь Ленорк.
- Как правящий князь Нагорного Рошаеля, я запрещаю слугам Огня присваивать имущество Нагорной крепости! Убери руки, святой брат!
Молодец! Но рампер Правого Дела не имущество, а оружие с частью души горного мастера Гавора. Он сам выбирает себе союзника, а не хозяина, и только ему дается в руки, поэтому любые разговоры о собственности сейчас не имеют смысла.
- Рампер Правого Дела не предмет поклонения и никому не принадлежит, а потому не может быть изъят, - спокойно проговорил Дарион, нажимая внушением на торжествующего радетеля.
- Молчи, покровитель скверны! – направник выскочил из-за спины радетеля и взмахнул широким рукавом. Языки огня взвились к потолку, закрутились вихрем и рванулись к старшине, будто брошенные мощной рукой.
- Берегись! – оттолкнув Ленорка к стене, Дарион отскочил и ударил ножом по пролетающему вихрю. Огненный снаряд рассыпался искрами. Ах ты, мразь! По руке разлилось знакомое онемение, но даже рукав на ней не обгорел. Скорее усиление! Дарион крепче прижал к груди висящий под рубашкой голубой камень.
- Прекратить! – крикнул князь Питворк рядом с Дарионом и засвистел в свой свисток. - Рентин, внушай им покой, как при лечении! Тераль, слушай мысли! Нисса, ко мне!
Куда только делась рассеянная лень королевского родственника? За плечом Дариона послышался мягкий голос Первоучителя Рентина.
- В мир молчание идет,
Добрый сон с собой ведет,
Не нарушится покой,
В душу ляжет тишиной.
- Все во двор! – крикнул Дарион. Радетель быстро схватился за древко рампера, но тот подпрыгнул на крюках, развернулся в воздухе и помчался на слугу Огня. По хламиде радетеля помчались белые искры, собираясь в огненный шар на конце рукава.
- Стой, презренный! – рявкнул святой брат, кидая шар в умное оружие, но рампер взлетел под потолок, а белый огонь со всего размаху врезался в стол с угощением. Запахло горелым мясом, потянуло дымом от черного пятна, которое прежде было пирогом, с шипением повалил пар от вина из опрокинутого кувшина.
- Прекратить! Сдавайся! - Дарион бросился к радетелю, и в тот же миг новый шар помчался ему прямо в лицо. Вот тьма преисподняя! Дарион едва успел отскочить и разбить шар ударом ножа, а рыжий огненный вихрь уже летел в князя Ленорка. Вскрик боли дал знать, что ему тоже не хватило доли мгновения, чтобы защититься. Девушка-воин бросилась вперед с мечом, но еще один белый шар ударил в ее доспех, и она не смогла уклониться. Что-то рассеивало внимание, но что?