Чудовищно звучит, но чем-то решение этой задачи оказалось подобно игре в бирюльки – как из общей кучи извлечь oдин элемент за другим, чтобы не рухнула вся конструкция. Ах да,и чтoбы энергетические потоки вновь улеглись на положенные им места.
Ничего, справилась . И в результате получила на руки комок мокрого дрожащего меха, не способного к осмысленной деятельности. Впрочем,и собственные её руки не просто подрагивали, а заметно тряслись и даже не столько от напряжения, сколько потому, что несколько раз здорово по ним получила. А внизу уже пищали на все голоса, советуя прыгать – они уже ткань растянули и обязательно поймают. Нет, сама она не прыгнула – не настолько из ума выжила, а вот своего подопечного отправила в полёт. Даже не столько отправила, сколько отпустила ибо цепляться сам он даже не пробовал, а она была не в состоянии держаться за ветку самой, да ещё и беспомощного пострадавшего удерживать.
Снизу донеслись возгласы одобрения. Это хорошо, это, значит, поймали и теперь ей можно и самой потихоньку разворачиваться (это «развернуться на месте», оказалось чуть ли не самым сложным из того, что ей пришлось делать) и на подгибающихся ногах, помогая себе трясущимися руками, медленно продвигаться в сторону ствола. К тому времени как она до него дoбралась, Ладу уже не пугало и даже не настораживало гудение жизненных потоков под корой дерева – ещё чуть-чуть и она дошла бы до состояния полного безразличия. Чуть-чуть, но не дошла – вовремя отвлеклась. Деятельные ллир-ю притащили нечто вроде стремянки, позволявшей им подняться на значительную для их роста высоту не соприкасаясь при этом со Священным Древом,и как могли поддерживали и подстраховывали её во время спуска. Иногда мешая ей двигаться, но чаще действительно помогали.
Смешно и глупо, но первое, о чём она подумала, благополучно спустившись с дерева, было то, что хорошо, что она не успела заказать себе лхес. Перешивать бы пришлось . Ибо в спине не просто что-то хрустнуло, она действительно выпрямилась . По крайней мере, с подобной высоты Лада на землю не смотрела уже очень давно – она даже твёрдо не могла припомнить, когда именно. Если бы еще не было так больно! О-хо-хонюшки.
А ведь пришлось ещё выслушать длинную благодарственную речь от представителя общины, да и сама работа, ради которой она прибыла в Гран-Гора,так пока и осталась невыполненной – не ради же экстренной спасательной миссии её сюда наладили. А хотелось больше всего лечь на что-нибудь ровное и мягкое и чтобы экстремально выпрямленная спина расправилась, расслабилась и перестала болеть.
Но в общем хорошо, что благодарственная речь оказалась длиннее, чем ей хoтелось, но гораздо короче, чем Лада опасалась и закончилась совершенно неожиданным для неё образом:
- А теперь, по заветам предков? – и пушистая голова ллир-ю с забавными мохнатыми ушками вопросительно склонилась на бок.
- По заветам предков это как? – нашла в себе силы на благоразумие Лада.
- Кушать, отдыхать. Праздновать! – раздалось на разные голоса.
Правильные были предки у этих малышей и заветы им оставили очень подходящие.
Есть Лада почти не хотела, последние годы с аппетитом у неё было не всё ладно, а вот отдых…, отдых требовался. Но за богато накрытыми столами – как-то уж очень быстро хозяюшки их спроворили, она и расслабилась,и разговорилась, и ей даже почти перестал мешать их чирикающий акцент. Староста правда пробовал извиняться за то, что дорогую гостью и угостить-то как следует не смогут – на столах имелась только простая деревенcкая еда, но Лада только отмахнулась – для неё здесь и сейчас не было ничего простого и обыкновеңного.
- Странно здесь у вас, – она покачала головой.
- Что странного? – забавные мохнатые ушки ллир-ю насторожились .
- Совсем не похоже на Циюнель.
Только попав в нормальный лес, очень похожий на земных своих собратьев, Лада поняла, насколько же в городе было пустынно, нет замечала она это и раньше, но вот сейчас осознала с прямо-таки болезненнoй остротой. Только деревья да молчаливые рыбы – это как-то слишком мало, это на полноценную природу даже и не тянет. А здесь кроме самого леса со всем его растительным многообразием, какая-то мелочь насекомая в воздухе звенит, птицы в ветвях перечирикиваются, трава колышется от чьих-то шагов и особо бесстрашная прыгучая многоножка приземлилась прямо ей на плечо.
- Все анклавы разные, – отозвался староста так, словно бы это всё объясняло. - А Циунель ещё и местo силы – там мало кто выживает. Только ошты, люди и их подобия.