Может, завести собаку? Или говорящего попугая?
– Зачем?
Чтобы не думали, что императрица сошла с ума и бубнит сама с собой… Хотя, по сути, они будут правы.
– На что намекаешь? Хотя… ты права. Если уж брать ответственность — то за кота!
Вы, Роза Петровна, оказывается, кошатница?
– Я? Что ты! Хотя по Барсику своему иногда скучаю…
Я вздохнула, расправила плечи и подняла подбородок выше. Пора было выходить на сцену.
Глава 8.1 Герцогиня
Когда я вошла в просторный зал, который находился за массивными дверями, ветер приносил с собой аромат свежезаваренного чая и легкие, как перышко, печенья. Мягкий свет солнечных зайчиков играл на стенах, придавая атмосфере весеннего настроения, но когда я увидела её, все потускнело. Герцогиня Кальвини уже стояла у окна, а её высокая фигура обрамлялась осенним полуденным светом. Она с лёгким интересом наблюдает за мной. Её губы едва шевельнулись в улыбке.
– Приветствую ваше имперское величество, – с мелодичным и располагающим приветствием она присела в реверансе.
– Ваша светлость, примите мою благодарность. Для меня очень важно ваше присутствие, – чувствую, как внутри меня начинает разгораться пламя неуверенности.
Подсознательно я знала, что с этой женщиной нужно быть осторожной в словах. Особенно с ней.
– Давайте сделаем так, чтобы это время было нам обоим в радость, – губы герцогини изогнулись.
Каждое слово имело свой исключительный вес.
– Да, конечно, располагайтесь, – жестом указав на диванчик напротив, я заняла свое место.
Солнце, его мягкие лучи пробивались сквозь витражи, отбрасывая на мраморный пол дворца разноцветные узоры.
– Розалинда, не упусти момент!
Рейчел Кальвини, как известно, всегда была точна в словах, и ей были известны все тени, окутывающие восточный дворец.
– Ваше величество, – произнесла она, поднимая чашку, – мне было приятно, когда вы предложили мне составить вам компанию.
– Ваша светлость, ваша компания всегда желанна. Мы с вами не столь близки, и мне хочется это исправить, но все не так просто. От моей прихоти исправить собственное положение... во многих аспектах слишком сложно... невозможно. Это определенно невозможно.
На фоне обмена любезностями и прощупывания настроения друг друга, я нахожу в себе силы взглянуть ей в глаза. Она с легким прищуром вслушивается и, как мне думается, понимает, в какую сторону я клоню.
– Мне нужен учитель. А если быть максимально откровенной, мудрый наставник, не обделенный умом, терпением и...
– Я помогу вам, – вдруг не заявляет она с тем же прищуром, но чуть смягченным.
Бабка и вовсе не могла подобрать слов, охала и ахала, довольная ее предложением. Эта ее бурность в передаче эмоций порядком напрягает и раздражает, но ничего не попишешь.
– Вы правда поможете?
Герцогиня кивнула.
– Я... Благодарю вас, я безумно рада и признательна вам.
Мягко хлопнув в ладоши, я не могла найти себе место, мельтешила взглядом по наполненному столу и потянулась к чашке. В горле вдруг пересохло, наверное, от волнения.
– Ещё б не пересохло! У меня пропал дар речи, а тут...
– Мне в радость быть вашей наставницей. Честно говоря, я долго ждала от вас подобного предложения и все-таки... Ваше Величество, вы ведь не только из-за этого меня пригласили?
Я отпила чай. Его горечь напомнила мне о той ужасной ночи, когда я по глупости чуть не потеряла все. Несмотря на то, как бы мне трудно ни было поднимать данную тему, я смущенно взглянула на терпеливо выжидающую женщину.
– Знаете, – начала я, собравшись с силами, – у меня возникли некоторые... затруднения в окружении.
На лбу Кальвини образовалось несколько глубоких морщинок, когда она наклонилась ко мне ближе.
Вот теперь каждое слово, что слетит с моих уст, требовало точности.
– Я должна разобраться с некоторыми вопросами, так сказать, исподволь.
– Ваша фрейлина, – с лёгким эхом отозвалась герцогиня, – да, я наслышана о ее трудном положении. Мы с вами недавно знаем друг друга, но, несмотря на это, можем поговорить откровенно, ваше величество, – слушая ее, я чувствовала, как несуразная неловкость, обволакивающая пространство, постепенно начала разлагаться. – Кое-кто действительно может оказаться не совсем надежным. Такое случается, не расстраивайтесь...
– Я... пожалуйста, объясните, – стараясь держать голос ровным, я спросила: – Как вы относитесь к тому, что, возможно, определенные лица в восточном дворце могут быть более... противоречивыми, чем раньше?