Да, после того бала весь двор пребывал в изумлении. И ей, посторонней наблюдательнице, было искренне интересно, что же будет дальше.
Глава 22.1 Запретное чувство
Розалинда Винтеборн
Я сидела за своим письменным столом, а передо мной лежал веер из «карт».
Утренний свет уже не был таким резким, он мягко ложился на золоченые края карт, заставляя таинственные символы казаться живыми. В голове, как всегда, шёл беззвучный диалог.
– Советница. Женщина, наделённая мудростью. Вот твой ключ, – деловито-задумчиво вторила старуха, как мне кажется, поглаживая подбородок. – В предстоящем деле, да, определенно, тебе поможет женщина! Не молодая и пылкая, а зрелая, знающая цену словам и молчанию. Она не поведёт тебя за руку, но направит твой взгляд. Покажет то, что ты ищешь.
Я кивнула про себя.
Герцогиня Кальвини. Это могла быть только она. Кто ещё во всём этом дворце мог бы подойти под это описание?
– А эти карты: подвешенный за ногу и карта смерти говорят, что ты пройдешь через зернистый путь. Тебе предстоит отказаться от прошлых убеждений и всего, во что ты верила, для того, чтобы трансформироваться во что-то новое.
– Трансформироваться?
– Ну... тебе нужно сильно постараться, чтобы перешагнуть черную полосу своей жизни и стать другой. Короче говоря, перестать быть наивной дурой и наконец-то повзрослеть и поумнеть.
Жвалка на моем виске ощутимо запульсировала.
– Чем больше вложишь труда, тем прочнее будет результат, – продолжила бабка, несмотря на мои мысленные угрозы в ее адрес. – Но будь осторожна со словами. Будь осторожна с тем, кому эти слова говоришь. Не всякий у горна – друг. Некоторые лишь наблюдают, как летят искры, чтобы потом указать на ожог.
– Думаю, достаточно на сегодня оскорблений и твоих дурацких пронозов.
– Я помочь тебе хочу... Да и себе. А ну-ка, переверни вон ту крайнюю карту.
Нет, достаточно.
– Я ж для себя! Может, она скажет, как мне вернуться!
Я задумалась и все-таки перевернула желаемую бабкой карту.
– Колесо? А это... суд, помниться, ты говорила. И что это значит?
Но старуха молчала, и как бы сильно я не требовала объяснений, она лишь тяжко вздохнула и будто бы с улыбкой ответила: – судьба такая у меня, вот что.
Теперь вздохнула я и стала собирать карты обратно в колоду, мои пальцы скользили по шершавой позолоте. Но одна карта упрямо выскальзывала, не желая ложиться ровно. Я нахмурилась и перевернула её.
– Незваная, – со слышимой ухмылкой, – влюблённые...
Словно на голом инстинкте вытаскиваю пару к карте, и в груди что-то ёкает.
– Запретное чувство. Любовь, о которой нельзя говорить, скрываемая ото всех.
Кровь ударила в виски. Я не стала себя обманывать, не стала притворяться, что не понимаю значение.
Это был он. Эрик.
Тот самый взгляд в бальном зале, тот самый голос, что обжёг сильнее вина, та самая невыносимая тяжесть в груди при одной мысли о нём. Меня охватила паника, смешанная со стыдом.
Я – императрица. У меня нет права на такие мысли! Это не просто легкомыслие, это – измена. Мысленная, но измена!
Я судорожно, почти насильно запихала карты в общую колоду и крепко перевязала её шёлковой лентой, будто пыталась задушить эти образы, невзирая на взбешенные возгласы старухи.
Чтобы успокоить дрожащие руки, я открыла блокнот с тонким кожаным переплётом – расписание, которое оставила мне Беатрис. Чёткие строчки, аккуратный почерк.
«Вечер. Встреча с герцогиней Рейчел Кальвини в Малом салоне во время».
Кальвини. Снова это имя. Мысли, только что связанные лентой, снова вырвались на волю.
Эрик. Его глаза, смотревшие на меня с такой глубокой томной печалью, как будто… Нет. Я отогнала это, но я не отрицала факты. Да, в моей жизни, в этих руиизнах, стоящих в холодной пустыне, случилось это... Случилась любовь. И я безумно, до дрожи в коленях, этого боялась. Потому что ничего не могла с этим поделать.
– Успокойся, Розолинда. Все через это проходят, и лишь единицам везёт со взаимностью. Подумай хорошенько... Ты – императрица. Твоя судьба решена. Неужели ты готова подвергнуть себя и того мальчишку... – она остановилась, словно боялась собственных слов. – Это всего лишь… цветок, выросший в расщелине. Красивый и обречённый. Подумай...
– Я знаю! Думаешь, мне нравится вот все это?!
Я схватила себя же за шиворот платья и с силой стиснула кружева, обрамленные жемчугами.