— Леди Изелла Викарра, дочь его превосходительства консула Дарсии, — провозгласила Лия, а в голосе прозвучала сладкая, ядовитая нотка.
Девушка вышла вперёд. Она была воплощением нежной, хрупкой красоты. Каштановые волосы, большие тёмные глаза, губы цвета розы. Её платье было скромнее других, но безупречного покроя.
Она сделала реверанс, и её взгляд на секунду встретился с моим — робкий, восхищённый.
— Прелестное дитя, — громко, так, чтобы слышала и Рэйчел, заметила Лия. — Капитан Кальвини, кажется, уже пообещал ей не разочаровать на паркете. Молодые люди…
Чувствую, как что-то внутри замирает.
Рэйчел не повернула головы. Она просто поднесла бокал с водой к губам, но атмосфера вокруг неё стала на градус холоднее.
— Как мило с вашей стороны, маркиза, так внимательно следить за развлечениями молодёжи. Я и не знала, что ваши обязанности распространяются и на составление танцевальных карт для моих детей. Должна сказать, весьма… всеобъемлющий подход.
Удар был нанесён чётко, в рамках приличия, но так, что у Лии на щеках выступили красные пятна. Она могла лишь улыбнуться в ответ, но скрыть во взгляде раздражение ей не удалось.
И тут, сама не понимая почему, я нарушаю свой же план наблюдений и обращаюсь прямо к дебютантке, пока та ещё стояла перед нами:
— Леди Изелла, добро пожаловать в империю. Надеюсь, наш климат вас не утомляет? Дарсийское солнце, я слышала, гораздо ласковее.
Голос звучит громче, чем я планировала. Вокруг на мгновение стихает, но девушка от неожиданности просияла:
— О, нет, ваше величество! Здесь так прекрасно… всё так величественно.
— Что ты делаешь, дурочка?! — шипит бабка в моей голове. — А теперь вдруг оживилась! Выделять иностранку — глупость! И всё из-за того, что Лия ляпнула про… него! Пока его имя не звучало, тебе хоть бы что!
Беатрис мгновенно перехватывает инициативу, вступая в разговор, оттеняя мой интерес и мягко подхватывая тему о климате Дарсии, уводит разговор в безопасное русло — к искусству тамошних вышивальщиц.
Роза Петровна опять права. Я осознала оплошность и свой слишком резкий интерес, как только почувствовала на себе взгляд Рейчел.
Так быстро нарушила собственное правило хранить молчание и обратилась к Изелле, потому что не удержалась… из ревности, наверное.
Я поспешно перевела взгляд на предыдущую дебютантку, рыжую Сесилию, чувствуя, как щёки наливаются жаром.
— …Да, путешествие морем всегда впечатляет, — намеренно говорю более рассеянно, а затем, будто только что заметив, указываю на другую дебютантку, стоящую рядом: — Так же, как и наряд мисс Эльвины. Цвет шампанского вам невероятно идёт.
А далее и просить не пришлось. С моего позволительного кивка данную тему подхватывает уже прожигающая меня пристальным взглядом Виктория и заливается «песнопениями» о шелках да кружевах:
— Леди Сесилия, кажется, обладает недюжинной энергией. Это похвально в наше время, но на мой взгляд…
Беатрис, ловит мою панику за хвост, появившуюся в жестах и наклонилась ближе:
— Ваше величество, может, стоит отметить одну-двух дебютанток особым знаком? Лента вашего цвета на руке… это сигнал для их семей и для всего двора. Не переживайте, этот жест станет добрым предзнаменованием.
Я не видела в этом особого смысла, но кивнула.
Однако... как бы ни старалась, я никак не смогла себя заставить остановить выбор на Изелле. И выбрала наугад двух других девочек…
Затем, как подобает императрице, величественным жестом указала на рыжую Сесилию и на скромную племянницу канцлера — юную леди Алисию Линья. Им повязали тонкие голубые ленты — отсвет моего платья, и их лица вспыхнули от гордости.
Глава 52 Милая пара
После ритуала с лентами на запястьях дебютанток воцарилась лёгкая, довольная пауза.
Мне подали серебряный кубок с чем-то прохладным и фруктовым — напиток для беременных, одобренный Эдис. Одна из новых служанок, та самая, что прошла жёсткий отбор Эмбер, взяла его, отпила глоток сама, выждала положенную минуту и только потом, с бесстрастным лицом, передала мне. Ритуал безопасности стал таким же привычным, как утренний чай. Жутковато, но успокаивающе.
— И всё-таки я не успокоюсь, — не унимается Роза, а я невольно закатываю глаза. — А если отрава навредит только ребёнку?
В который раз… Эдис всё проверила, и нет ни единого упоминания о яде, который несёт вред исключительно младенцу в утробе.
Пусть старушка ничего и не ответила, но я отчётливо понимала, что глаза всё же она мысленно закатила.