— Благодарю, Сара, — сказала она, а затем повернулась к Брендану, нанося последний хладнокровный удар: — Как видите, мистер Джоул, её величество как раз следует расписанию. Возможно, теперь вы сможете сосредоточиться на своих обязанностях вместо того, чтобы строить конспирологические теории о «капризах». Доброго вечера.
Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла из комнаты. Сара поспешила за ней, чувствуя на спине взгляд разъярённого Брендана.
Уже в коридоре, подальше от «Запасника», Эмбер выдохнула, а Сара увидела, как плечи женщины на мгновение потеряли железную выправку.
— Наглый выскочка, — процедила Эмбер сквозь зубы, всё ещё кипя. — Мечтает занять моё место, вот и строит козни на каждом шагу. Сара, — она резко обернулась к девушке, — когда вернёшься, передай Марии: ужин для её величества должен быть лёгким. Ничего острого и тяжёлого. Куриный бульон, пожалуй, тушёные овощи. И проследи, чтобы в покоях было тепло, но не душно. Я… я сейчас вернусь, мне нужно кое-что уточнить с этим болваном насчёт завтрашней поставки цветов.
Сара кивнула. Эмбер, всё ещё бормоча что-то нелестное о происхождении и умственных способностях Брендана Джоула, зашагала обратно.
Оставшись одна, Сара не смогла сдержать лёгкой усмешки. Видеть несокрушимую мадам Таро в состоянии белого каления было и страшно, и забавно одновременно.
Чтобы сэкономить время, она свернула на узкую винтовую служебную лестницу. Эти лестницы, бывшие запутанными лабиринтами, пропахшие мышами, являлись тайными артериями дворца. Они укорачивали путь вдвое, выводя прямиком к нужным дверям в нужных крыльях, но Сара пользовалась ими крайне редко. Гул сквозняка этих артерий пугал девушку до потери сознания.
Она уже поднималась на второй пролёт, погружённая в мысли о бульоне, как вдруг с верхней площадки на неё буквально обрушилась тёмная масса.
Столкновение вышло стремительным и болезненным. Сара вместе с неизвестным кубарем скатилась на несколько ступенек вниз, пока не застряла в груде взъерошенных юбок. У служанки звенело в ушах, бок ныл от удара о каменный выступ, но голову что-то смягчило.
После протяжного стона её первой мыслью было крепкое ругательство — такое она изредка слышала от самой императрицы, когда у той что-то не ладилось. Но она не успела его произнести. Её опередил сдавленный, с хорошо знакомой хрипотцой мужской голос, от которого волосы на затылке встали дыбом.
— Проклятье! Простите, я…
Она узнала того, кто в последнее время её искренне раздражал. Капитан Эрик Кальвини.
В обычной ситуации незамужняя девушка, оказавшись в такой неловкой и тесной близости с мужчиной, да ещё и капитаном стражи, покраснела бы до корней волос и начала лепетать извинения. Но Сара была не обычной девушкой. Она была служанкой, пережившей допросную, и её инстинкты отточились на выживании, а не на светских приличиях.
Отстранившись, она ловко выпуталась из собственных юбок, откатилась в сторону и подняла на него взгляд. Но вместо смущения или досады от столкновения она увидела, в едва различимом тусклом свете факела в нише, чистый, неподдельный ужас.
Это сбило с толку.
Глаза были широко раскрыты, губы плотно сжаты, а дыхание срывалось короткими, резкими толчками — будто он только что бежал не по лестнице, а от погони.
Этот страх не имел ничего общего с столкновением. Этот ужас в его глазах мог означать только одно.
Что-то случилось.
И это «что-то» наверняка было связано с ней. С Розалиндой.
— Капитан… — её собственный голос прозвучал тихо и без тени паники. — Что случилось?
Глава 55.2
Розалинда Винтеборн
— Что ж я говорила-то, а? — завела свою шарманку Петровна. — Никогда не принимай ничего от чужих мужчин!
Я мысленно усмехнулась. Неужели ревнует?
— Да при чём тут ревность, дурочка? — возмутилась старуха. — Если за тобой слежка идёт — а она идёт, уж поверь моему опыту, — то ты не только себе проблемы обеспечишь, но и мне, лапушка! Если Наиль, твой прилупнутый, испоганит Кристиану жизнь…