– Успеваю! – лихорадочно подумал Матвей, поворачивая вслед за женой. Он обогнал ее, припарковался и выскочил из машины.
– Что с тобой, Матвей? Случилось что-нибудь? – в голосе Кати звучало искреннее волнение.
– Все хорошо. Просто решил довести тебя до остановки. – Он обошел машину и распахнул перед ней дверь.
– Да я уже почти дошла. Что с тобой?
– Садись, садись. Довезу с ветерком.
Катя села, выжидающе глядя на него. Когда Матвей устроился рядом, она вновь спросила: – Что все-таки случилось?
– Говорю тебе, все нормально. Просто захотелось тебя подвезти, – ответил он, стараясь скрыть тревогу под маской безразличия.
В тот же миг, на перекресток, с визгом шин, словно черная молния, вылетела тонированная "Приора".
– Вот идиот! – зло процедил Матвей, кивнув в сторону лихача. – С такой ездой он точно кого-нибудь на тот свет отправит. Урод. – Выключив аварийку, он тронул машину с места.
– Ну зачем ты выехал, провез меня сто метров. Лучше бы еще поспал, отгул же взял, – сказала Катя, открывая дверь. Его внезапный порыв был для нее неожиданным, но Матвей почувствовал, что ей приятно. – Езжай, отдыхай, – добавила она, наклонилась и нежно поцеловала его в губы.
Маршрутка подошла через несколько минут. Он дождался, пока она увезет его жену, развернулся и поехал домой. Когда ворота закрылись за въехавшей и затихшей машиной, из-за угла дома осторожно вышел Мурзик и направился к входной двери, недоумевая от странного поведения хозяина. Матвей сел на ступеньку, достал сигарету, погладил кота.
– Ну что, Мурзик, жизнь прекрасна? – радостно сказал он, подхватил питомца на руки, прижал к себе и поцеловал. Его переполняли эмоции, затмевавшие все, что он испытывал прежде. Докурив сигарету, он опустил кота на землю и произнес: – Ну что, Мурз, по такому случаю стоило бы и выпить. Но не сейчас. Сейчас нужно сделать то, что я должен был сделать раньше. Он вошел в дом, умылся, почистил зубы, переоделся, взял с прикроватной тумбочки старые часы и поехал на кладбище.