Задание — аэрофотосъемка к востоку от города Лион.
Отметка о выполнении задания — снимков нет; пилот не вернулся на базу, считается пропавшим.
ПРОЛОГ
Сен-Рафаэль.
Комната Марии де Сент-Экзюпери. М а р и я — в очках, в широкой рабочей блузе — за мольбертом, работает.
Входит В а с и л и й Ш у б и н.
Ш у б и н. Здравствуйте, госпожа де Сент-Экзюпери!
М а р и я (не отрываясь от мольберта). Здравствуйте…
Ш у б и н. Простите… я помешал вам…
М а р и я (продолжая работать). Я научилась работать при посторонних. Я уже привыкла — туристы рассматривают меня как достопримечательность. Вы — серб или чех?
Ш у б и н. Русский. Я не турист. Я приехал с делегацией на авиационную выставку.
М а р и я (рассматривает Шубина). Сенсация Парижа шестьдесят пятого года. Я читала, вы собираетесь перебрасывать пассажиров со скоростью звука. (Принимаясь за мольберт.) Вы извините, но я должна работать. У меня мало времени, мне недолго осталось жить, а сколько еще нужно сделать! Не сегодня-завтра я шагну в вечность. (Пауза.) Вы знаете, мой сын был в России.
Ш у б и н. Мне посчастливилось познакомиться с ним в Москве!
М а р и я (бросает работу). Как ваша фамилия?
Ш у б и н. Василий Шубин. Сент-Экс не вспоминал Василия Блаженного?
М а р и я (подумав). Вспоминал. Вы ведь летчик.
Шубин кивает.
Блаженный — это ваш псевдоним?
Ш у б и н. Прозвище.
М а р и я. Это вы привели сюда фантастическую машину, обгоняющую звук?
Ш у б и н. Увы, я всего-навсего пассажир. Уже не летаю, только учу.
М а р и я. Как вы меня разыскали? Неужели моя фамилия попала в путеводители по Франции? Тогда я уже совсем не смогу работать.
Ш у б и н. Я узнал о вас совершенно случайно. Пошел на выставку и увидел ваши картины. Признаться, я думал…
М а р и я. Что я давно уже умерла? Это, конечно, неприлично — задерживаться так долго. Но в небе такая же неразбериха, как на земле. Им надо было взять кого-нибудь из Сент-Экзюпери, и они схватили Тонио. Вместо вздорной, никому не нужной старухи.
Ш у б и н. Около ваших картин всегда толпа.
М а р и я. Это из-за Антуана. Мне самой никогда бы не удалось прославиться. Антуан сделал это и за меня и за себя.
Ш у б и н. Мне захотелось увидеть женщину, воспитавшую его. И поклониться ей с благодарностью.
М а р и я. Своим воспитанием Тонио пришлось заниматься самому. Младенцем он остался без отца. Подростком ему пришлось разлучиться и со мной. Началась война. Мне пришлось проводить мальчиков в колледж, а самой пойти в госпиталь сестрой милосердия.
Ш у б и н. Воспитывать можно и в разлуке. Пример убедительнее нравоучения.
М а р и я. Мы с Тонио любили друг друга, но он всегда был далеко-далеко от меня. Может быть, поэтому он всегда говорил мне «вы».
Ш у б и н. У нас в России раньше тоже говорили родителям «вы».
М а р и я. Но теперь уже не говорят?
Ш у б и н. Я не уверен, что так лучше.
М а р и я. А вы своей матери говорите «вы»?
Ш у б и н. Моя мать погибла во время войны.
М а р и я (виновато). Вот, а я живу… (Пауза.) Я ждала его годами, а видела часами. Стоило ему появиться, я не радовалась, а тревожилась. Он всегда собирался в новую дорогу, всегда дальнюю и всегда опасную. Он приходил ко мне передохнуть перед крутым поворотом. А крутых поворотов в его жизни было достаточно.
З а н а в е с.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Париж. Квартира Сент-Экзюпери. М а р и я за мольбертом, работает. Она без очков, в изящном костюме. Входит С е н т - Э к с.
С е н т - Э к с (тихо). Мама! Я умираю от голода.
М а р и я (не отрываясь от работы). Спасибо!
С е н т - Э к с. Мама! Вы меня слышите? Я умираю от голода!
М а р и я. Извини, Тонио! Я увлеклась работой. А где твоя подруга?
С е н т - Э к с. Она задерживается.
М а р и я. Прекрасно — я ничего не успела приготовить. Этот колдовской город разволновал мою душу. Я уже собиралась заняться обедом, но подошла к окну, взглянула на бульвар и присела пописать — на минутку.
С е н т - Э к с. Ничего, мы переименуем обед в ужин. Что может быть прекраснее увлекающейся молодой мамы?!
М а р и я (смотрит на картину, делает последние штрихи). Говорят, сейчас я пишу в манере раннего Мане? А по-твоему?