Глава 12
Меня снова отправили учиться в первый класс. Понятное дело, почему так получилось. Ведь последние полгода, проведенные дома, я почти не ходил на занятия. Конечно, мне совсем не хотелось оставаться на второй год, но куда же мне было деваться? Никакие мои школьные документы так и не пришли, а времени терять больше было нельзя.
Меня распределили в школу номер три*. В нее записывали всех ребят, живущих в нашем детском доме. Школа располагалась неблизко. Кварталах в четырех или даже пяти от нового места моего жилья. Именно поэтому самых маленьких детей - первоклассников - обычно до нее довозили. Для того, чтобы мы запомнили дорогу и могли ходить по ней на следующий год самостоятельно. В плохую погоду за нами могли даже приехать на машине, но сегодня наш сосед по дому - конюх* дядя Леня приехал к нам на своей упряжке.
Меня подготовили к школе по всем правилам: выдали форму, ранец и ботинки. Перед тем, как отъехать, я вместе со всеми сходил на завтрак в столовую и, найдя Толика, немного поговорил ним. Он жил в деревянном корпусе. Туда поселили всех, кто еще не начал ходить в школу. И, так как воспитательница была одна на весь детский дом, за младшими часто присматривали старшие девочки. Валя же, сам будучи старшеклассником, жил в моем корпусе на втором этаже. Но как бы мы все втроем не пытались сплотиться (а по нам это было очень заметно), сделать этого было больше невозможно - у всех появились свои компании, друзья и свои дела. Имея разный возраст, мы сильно разобщились.
Казалось, что жизнь вокруг продолжала течь по-обычному, но как-то совершенно не так. Все потому, что много чего приходилось делать самому и в конечном итоге надеяться оставалось тоже только на себя.
В поведении своем я начал замечать что-то непонятное. Что-то растягивало и мяло меня изнутри снова и снова. Да, меня, безусловно, успокаивал тот факт, что я уже начал разбираться, что и где здесь находилось (вот моя комната, кровать, рубашка), но почему-то я все еще не мог назвать это место домом. Мне начало думаться, что дом все-таки - это не просто место, где ты ешь и спишь. Я приходил в корпус отрешенным и потерянным. Моменты отчаяния сгущались надо мной. Временами мне казалось, что я больше никогда не попаду обратно домой.