— Против закона я не стою, а только лишней скотины у меня нет. Коли словам не веришь, пойди погляди…
Пришлось бригадиру выйти вслед за хозяином. Самсонов с грохотом отбросил металлический, из шипового железа запор и широко распахнул дощатую дверь хлева. Теплый воздух, перемешанный с едким навозным духом, клубами вырвался из полутемной пасти просторного хлева. Белая с темными пятнами корова равнодушно повела на людей большими лиловыми глазами, шумно вздохнула, не переставая перемалывать жвачку. В углу пугливо жались четыре овцы.
Бригадир вопросительно посмотрел на Самсонова, тот развел руками:
— Как есть все на виду. Врать мне ни к чему, истинный бог…
— Где остальные? Припрятал небось? — не унимался дотошный бригадир. Самсонов вздохнул и печально покачал головой, словно жалея бригадира:
— Эх, парень, парень, зря нервы портишь… Мало ли в жизни случается? Вот ты сегодня жив и здоров, а назавтра глянь, и хворь к тебе прилипла… Вот и у меня приключилась такая беда. Только-только собрался везти ярочек на ферму, а они возьми да и заболей…
Бригадир потоптался на месте, затем ругнулся в адрес "гадов, готовых лопнуть от жадности", и ушел, с силой хлопнув воротами. Сэмсонов ухмыльнулся вслед ему и направился под навес. Здесь, укрытые от нескромного глаза, на хитроумно придуманных козлах сушились овечьи шкуры. Весело пересвистываясь, на них копошились желтогрудые синички, склевывали крошечные кусочки застывшего сала. Завидев их, Самсонов рассвирепел, сорвал с головы шапку и запустил в непрошенных нахлебников:
— Кыш, шайтаны! Того и гляди до дыр проклюют, проклятые!..
Он тщательно осмотрел, перещупал все четыре шкурки и остался доволен. Козлы для просушки шкур он придумал и смастерил сам, выгода получалась двойная: шкурки просыхали без единой морщинки, шли первым сортом, но главное было в том, что Самсонов натягивал на козлах лишние сантиметры. Агенты-заготовители при приемке шкур тщательно вымеривают квадратные сантиметры кожи. Невелика, казалось бы, выгода, но лишняя копейка в хозяйстве никогда не помеха: дождевая вода по капле падает, а бочку с верхом наполняет…
Хорошо, что бригадир не стал допытываться, куда Самсонов девал свою прошлогоднюю телку. Поздно, миленькие, поздно хватились: телка давно гуляет в загоне "Заготскота", хозяин сдал ее "живым весом". Перед тем как отвести животину, Самсонов вволю накормил ее сеном, пересыпанным солью. Вот и получилось, что заработал лишние рублики, хе-хе, на дерьме… Кроме того, он пошептался с приемщиком Нянькиным, и телку приняли по графе "выше средней упитанности".
У Григория Самсонова были все основания быть довольным собой. На здоровьишко пока не обижается, дом полная чаша, сам он мозгует и вершит все хозяйственные дела, а по дому управляется Авдотья, зимой ходит за скотиной, а летом ползает между грядками, полет да окучивает, поливает и убирает. Вначале Самсонов подумывал сшить из овечьих шкур жене шубу, но потом раздумал: не стоит, не раздетая ходит. Правда, шуба у Авдотьи уже старенькая, можно сказать, рвань, но он про себя рассудил, что ей некуда особо разгуливать, десять лет проходила и еще проходит. Небось не девушка на выданье.
Все бы было в порядке, если б не Глаша. Не повезло Глаше, эх не повезло! Единственную дочь растил, холил, нежил, а она угодила в чертово гнездо. Как же он раньше не разглядел, что это за птица — Олексан Кабышев. Теперь, как ни прикидывай, а кругом выходит так, что сам на своей груди пригрел змею. После того как зять исхлестал его вожжами, Самсонов целую неделю чувствовал в пояснице ноющую боль, не раз подумывал о том, что надо подать жалобу в народный суд, однако не решился: стало жаль Глашу. А кроме того, он с опаской подумал о том, что на суде станут докапываться, отчего да почему дочь разродилась мертвым ребенком, и наплетут на человека всякую напраслину.
Не удалось Глаше замужество, видно, не судьба. Теперь она снова живет в доме мужа, а к отцу даже носа не кажет, и сам он у них не бывает, так и живут, будто никогда не были родными. Осенью померла сватья Зоя. Самсонов на похороны не поехал, одной Авдотье разрешил сходить попрощаться с неудавшейся родней. Нет, не повезло Самсонову с дочерью. Уж лучше сидеть бы ей дома, не спешить с замужеством, а женихи… что ж, невесту с учительским дипломом, да еще из такого дома, любой бы взял зажмурившись! А теперь, поди ж ты, она же от родного отца отворачивается, живет по указке мужа, даже за своим приданым не едет. Видно, богатыми стали! Ничего-о-о, попробуйте холодненького да горяченького, слетит с вас гордыня, сами с поклоном придете к Самсонову.