Нира замерла, её глаза затуманились, а затем она повернулась к Максу:
— Макс… Станцию захватили дезертиры инквизиции. Их возглавляет генерал-инквизитор Восс. Он искал на дне древнее святилище голгофцев.
— И что он сделал? — прищурился Макс.
— Пригнал на шпиль сотни беженцев и устроил кровавый ритуал, — голос Ниры задрожал. — Восс использует запрещённую псионику… Пытается с помощью человеческой крови вскрыть глубоководную усыпальницу на самом дне шпиля.
Старый голгофец издал булькающий звук, и Нира перевела его мысль:
— Но из-за взрывов и кровавого ритуала на нижних уровнях проснулся… Танапод.
— Кто такой Танапод? — переспросил Тим, сжав глушитель.
— Древний глубоководный левиафан, — ответила Нира. — Пятнадцатиметровый бронированный краб с развитым разумом. Восс пытался удержать его стазисными цепями, но Танапод сорвался. Сожрал отряд инквизиции, пробил коллекторы и сейчас поднимается по вентиляционным шахтам, уничтожая всё живое.
Глубоко внизу под их ногами раздался сокрушительный тяжёлый удар.
ГРОХОТ!
Титановые переборки подводного шпиля застонали. Из вентиляционной решётки вырвался фонтан солёной воды и сгустки чёрной фосфоресцирующей сукровицы.
Снизу донёсся скрежет колоссальных клешней по металлу.
— Он ищет мяса, — сказал Макс, досылая патрон в патронник «Вепря» с сухим металлическим щелчком. — Восс наверху или внизу?
— Восс на самом дне, в святилище, — ответила Нира. — Он закрылся псионическим щитом и продолжает ритуал, пока Танапод пожирает его людей в коллекторах.
Макс поправил плащ и посмотрел на Лилит:
— Спускаемся в святилище. Разберёмся с псиоником, а заодно выжжем этого краба.
Спуск на самое дно подводного шпиля напоминал погружение в ад.
Вода поднялась по пояс. Она была ледяной, маслянистой и отдавала железом.
При каждом шаге магнитные подошвы скафандров с влажным хрустом отлеплялись от затопленного решётчатого пола. Фонари выхватывали из темноты плавающие трупы гвардейцев инквизиции и обломки приборов. По потолочным трубам пробивались струи шипящего пара.
Макс шёл впереди, держа у бедра тяжёлый «Вепрь». Справа скользила Лилит — её алые глаза сканировали тень, а стилеты были наготове. За ними шли Тим с переносным глушителем и Нира, прижавшая ладони к вискам.
— Мы подходим к глубоководному святилищу, — шепнула Нира через гарнитуру. — Впереди дикая, агрессивная ментальная волна. Восс использует запредельную псионику. У меня виски разрывает.
— Держись, Нира, — проворчал Макс, проверяя затвор дробовика. — Тим, готовь глушитель.
Они упёрлись в колоссальную бронзовую дверь, высеченную в базальтовом рифе на дне шпиля. Створка была выбита выжигателем. Изнутри нёсся хор религиозных молитв, запах свежей сукровицы и фиолетовые вспышки псионической энергии.
Макс шагнул через порог.
Центральный зал святилища поражал масштабом. Трёхъярусный купол из чёрного базальта был украшен древними барельефами голгофцев. В центре, в затопленном бассейне, возвышался кубический саркофаг из чёрного титана, испещрённый фосфорными рунами.
У саркофага суетился генерал-инквизитор Восс.
Коренастый мужчина в тяжёлых парадных доспехах инквизиции, с рогатым шлемом и обожжённым лицом. В руках замер двухметровый силовой меч, вокруг головы кипела фиолетовая аура псионической энергии.
Восс завершал ритуал. На алтарной платформе лежали тела принесённых в жертву беженцев, их кровь стекала в зазоры титанового саркофага, заставляя фосфорные руны вспыхивать кровавым огнём.
Восс резко развернулся, и его глаза, залитые фиолетовым огнём псионики, уставились на отряд Макса.
— Стерилизатор… — пророкотал Восс, и его голос раздался прямо в головах отряда, вызвав волну дикой боли. — Ты опоздал! Печать древних богов взломана!
Восс взмахнул рукой, и псионический удар заставил воду перед Максом взмыть трёхметровым валом. Тим вскрикнул, хватаясь за голову.
Но Нира шагнула вперёд, вскинув руки. Её нейросопряжение вспыхнуло синим светом, создав перед отрядом защитный эмпатический щит. Псионическая волна Восса с гулом разбилась об этот щит, растворившись в воде.
— За Хозяина! — шёпотом выдохнула Лилит.
Она сорвалась с места чёрной молнией. Её стилеты сверкнули в фиолетовом свете ритуала.
ХЛЮП! ХЛЮП!
Двое гвардейцев инквизиции, стоявшие у алтаря, пали на затопленный настил с перерезанными сонными артериями раньше, чем успели вскинуть карабины.