Интерьер «Стигмы-9» сохранил жесткий стиль Старого Доминиона. Стены были сложены из массивных стальных плит с заклепками. Под потолком тянулись пучки кабелей в свинцовой оплетке, а на переборках висели барельефы: сжатые кулаки, шестерни и выбитые на металле лозунги: «Чистота Стали — Залог Вечности» и «Труд во славу Великого Синтеза».
И сквозь весь этот лабиринт из рупорных динамиков непрерывно доносился шипящий голос:
«Сорок четыре… Восемь… Девять… Пароль не принят, товарищ…»
— Мерзкий звук, — проворчала Варра, чуть прижав уши. — Словно мертвец шепчет в затылок.
— Это аналоговая петля, — пояснил Тим, сверяясь со сканером. — Магнитофон гоняет ленту по кругу уже полвека. Механика заклинила.
— Смотрите под ноги, — отрезал Макс, поведя фонарем по настилу.
В пяти метрах от шлюза, прижавшись спиной к колонне, сидел мумифицированный труп в шахтерском скафандре из плотной брезентовой ткани. Лицевое стекло шлема было разбито изнутри. Холод и сухой воздух превратили тело в тёмную мумию.
Лилит опустилась на одно колено и аккуратно повернула голову трупа. В затылочной части черепа зияло ровное отверстие диаметром в три сантиметра. Кость вокруг пробоины была оплавлена органической кислотой, а Нейро-стэк отсутствовал.
— Стэк вырван, — произнесла Лилит. — Причем вытравлен вместе с фрагментами мозга.
— Кто это сделал? — спросил Макс.
— В протоколах «Тени» упоминалось, что некоторые мутировавшие особи Рэйдж-Штамма выискивают нейро-стэки, — ответила Лилит, поднимаясь. — В этих кристаллах есть редкие металлы и слабый электрический потенциал. Для них это источник энергии.
— Двигаемся к Архивному Блоку, — скомандовал Макс. — Тим, куда идти?
— На нижний ярус обслуживания, — Тим прокрутил чертеж на планшете. — Нужно пройти через главный конвейерный зал.
Чем дальше они продвигались вглубь станции, тем сильнее менялась обстановка. Температура поднялась до плюс восьми градусов. С потолка капала маслянистая вода, замерзавшая на полу бурыми наплывами. На стенах появились следы биоаномальной экосистемы.
Трубы и кабели облепил красный лишайник. Растение-паразит прорастало прямо сквозь металл, питаясь остаточной радиацией. От наростов отходили тонкие пульсирующие жилы.
— Чувствуете? — Райна остановилась, поведя носом. — Пахнет паленым жиром, железом и гнилью.
— Это биомасса, — Лилит провела пальцем по ближайшему наросту, на перчатке осталась густая слизь. — Но мутация старая. Ей десятки лет, она буквально срослась с конструкциями станции.
— Сканер фиксирует движение впереди, — шепотом проговорил Тим, отступая за Варру. — В конвейерном зале. Семь точек. Органика, спаянная с металлом.
Макс дал знак рукой. Группа рассредоточилась. Лилит ушла в тень ниши, Райна опустилась на колено, уперев приклад пулемета в плечо, Варра перекрыла противоположный фланг.
Впереди открывались массивные ворота конвейерного цеха. Из щелей пробивалось тусклое красное свечение, а из глубины доносился тяжелый, ритмичный звук — словно механическое сердце качало масло по ржавым артериям станции.
Отжатые гидродомкратом двери с гулом ушли в стены.
Перед ними opened гигантское помещение Главного конвейерного зала с двадцатиметровыми потолками. Под сводами висели мостовые краны с ржавыми цепями. В центре тянулась пятидесятиметровая лента конвейера из стальных пластин.
За полвека заброшенности Рэйдж-Штамм полностью переплелся с оборудованием. Станины прессов были опутаны ало-бурыми жилами, из вентиляционных шахт свисали биомеханические гроздья.
И конвейер работал.
Лента медленно двигалась с глухим скрежетом. По ней перемещались обломки скафандров, гильзы и высохшие кости. А вдоль конвейера стояли те, кто поддерживал этот мертвый процесс.
Заводские автооператоры — массивные конструкции с пневматическими манипуляторами — оказались спаяны с мутировавшими трупами техников. Органические ткани проросли сквозь цилиндры и титановые суставы. Вместо кистей у тварей торчали алмазные фрезы и сварочные горелки. В лобовых щитках пульсировали красные окуляры.
«Обнаружен неформатированный биоматериал…» — прошипел из потолочного рупора голос радиостанции. — «Приступить к извлечению нейро-стэков…»
Две биомеханические туши, встроенные в конвейерные направляющие, повернулись к группе. Из гидроприводов со свистом вырвался раскаленный пар, а алмазные фрезы закрутились с визгом.
— К бою! — скомандовал Макс.
Первая тварь рванула вперед. Направляющие ноги перемещали тушу с пугающей скоростью. Макс выстрелил навскидку с восьми метров.