Лишь один Цзяньсу молча и непреклонно осуществлял свои планы. Время от времени по ночам болел правый глаз, словно уколотый чем-то. Он тёр глаза, производя глубокой ночью расчёты по фабрике. Кисть в руке ощущалась увесисто, как тесак. Он раскладывал крупные цифры на бумаге, а потом тесаком разрубал на цифры помельче. Этот план он решил довести до конца. Продумывал трижды каждый шаг и раз за разом подбадривал себя: ты непременно победишь. Бесчисленное количество раз всматривался он в эти большие цифры и взволнованно поглаживал их рукой. Из них необходимо было ещё вычесть командировочные расходы, издержки на подарки при оформлении заказов на перевозку и самые разные представительские расходы; а последними — налоги властям по договору подряда, производственные затраты, затраты на сырьё, различные потери в пределах разумного. Во всём объёме подсчётов эта часть была самой сложной и потребовала большого напряжения сил. В чём-то предоставивший информацию бухгалтер не разбирался, а кое в чём нарочно напускал туману. По большей части Цзяньсу опирался на выводы, сделанные на основе собственного опыта, потом возвращался к разговорам с бухгалтером и сравнивал. Возможно, цифры, к которым он пришёл наощупь, были более верными, чем указанные в отчётности. Командировочные расходы основаны на системе материального обеспечения, каждый назначенный агентом по сбыту ежегодно получал тысячу восемьсот юаней, семь человек за год и месяц потратили тринадцать тысяч шестьсот пятьдесят юаней. Если добавить выделяемые фабрикой четыре тысячи четыреста юаней маневренного фонда, всего на командировки тратится восемнадцать тысяч пятьдесят юаней. На подарки идут в основном «Маотай», сигареты «555», трепанги, мелкие креветки. Шестьдесят с лишним бутылок «Маотай» — контрафакт, добытый с помощью Пузатого Ханя, часть денег сэкономлена, а потрачено одиннадцать тысяч с лишним юаней. Сигарет «555» использовано более восьмисот семидесяти блоков на общую сумму двадцать шесть тысяч сто девяносто с лишним юаней; стоимость трепангов и мелких креветок постоянно меняется, использовано около девяноста с лишним цзиней каждого на общую сумму более двенадцати тысяч юаней. Кроме того, два цветных телевизора, шесть магнитофонов — всего на пять тысяч пятьсот юаней. Общая сумма подарков составила около пятидесяти четырёх тысяч шестисот тридцати юаней.
Цзяньсу смотрел на огромную сумму расходов, и на лбу у него выступал пот. Он понимал, что потратить эту огромную сумму было необходимо; что в будущем, когда он сам будет управлять фабрикой, возможно, придётся намного превысить эту цифру — при том, что с её дальнейшим увеличением будет расти и общая сумма доходов. Возможно, это тоже будет одним из странных вопросов, в которых никогда не разобраться последующим поколениям. Горько усмехнувшись, он закурил. Теперь нужно посчитать представительские расходы: вот уж настоящая головоломка. При этом он в первую очередь вспомнил про банкет на праздник середины осени, когда все напились так, что дым коромыслом стоял. Еду готовили для местных, поэтому всё было на удивление экономно и низкокачественно. Чжао Додо изобразил богача, который не забывает о земляках, и пригласил их попировать якобы на широкую ногу, а на самом деле нисколько не потратился. На банкетах фабрики были столы нескольких категорий: у самой высшей на столе стояла бутылка «Маотай», две бутылки фэньянской или особой лучжоуской, пара бутылок красного виноградного чжанъюйского, десять бутылок пива «Циндао». На столе должны были быть трепанги, морские ушки, красный пагр и т. п. Красный пагр по двадцать пять юаней за цзинь, за одну рыбину весом четыре-пять цзиней отдавали сотню юаней. Таким образом, на один такой стол с едой и выпивкой уходило триста пятьдесят юаней, и за ним принимали лишь важных руководителей или коммерсантов, имевших отношение к продажам лапши в других регионах, и компанию им мог составить один Четвёртый Барин. На стол рангом пониже ставили бутылку водки «Сифэн», бутылку одной из местных водок, пару бутылок белого виноградного вина и десять бутылок пива «Баотуцюань». Подавали тигровые креветки, черепаховый суп, древесные грибы и морского леща. На такой стол в среднем уходило двести тридцать юаней, и за ним сидели гости из уезда. Едой, как всегда, распоряжался Четвёртый Барин, «Крутой» Додо был распорядителем в компании со старостой Луань Чуньцзи и партсекретарем Ли Юймином. Опять же на некоторых банкетах столы ломились от яств, белое и красное вино пили вволю, по желанию гостей с подачей каждого блюда выпивал по рюмочке и шеф-повар Пузатый Хань. На таких присутствовал лишь Чжао Додо или бухгалтер. Последнему редко удавалось продержаться все застолье, он всякий раз напивался вдрызг, и расчёт у него потом получался путаный. Тут на вино и еду уходило примерно по сто тридцать юаней. Чуть более чем за год было проведено шесть банкетов самого высокого ранга, на которых присутствовал Четвёртый Барин, одиннадцать с присутствием старосты Луаня и партсекретаря Ли, а обычных застолий около двадцати. Всего на представительские расходы было потрачено больше семи тысяч четырёхсот девяноста юаней. С некоторым удивлением глядя на эти цифры, Цзяньсу чувствовал, что это не так уж много. Подведя под этими цифрами черту, он бросил взгляд на испещрённую цифрами записную книжку в синей обложке и вышел из дома.