Баопу поднялся поправить фасоль на ленте транспортёра. Засунув руки в карманы, Цзяньсу стоял посреди мельнички и ждал, когда Баопу вернётся.
— Зачем это Наонао только что заходила?
— Дурака повалять, — равнодушно ответил Баопу.
Цзяньсу покачал головой:
— А я гляжу, она к тебе палкой приложилась.
— Я с ней никогда не заигрывал, — горько усмехнулся Баопу. — Просто у этой барышни норов такой наглый.
— Но вот со мной она никогда палкой не орудовала, — тоже усмехнулся Цзяньсу.
— Погоди, у тебя ещё всё впереди, — подначил Баопу.
— Пусть только попробует, попадёт мне в руки, так уж не отпущу, буду держать, как ты деревянный совок, целыми днями! — воскликнул Цзяньсу.
Баопу удивлённо посмотрел на брата:
— Да, ты можешь. Я этому твоему слову верю…
Цзяньсу заходил по мельничке, с каким-то нетерпением поглядывая на вращающиеся передаточные колёса. И вдруг повернулся к брату:
— Вот ты сидишь здесь день-деньской, а известно ли тебе, какие большие дела творятся в Валичжэне?
— Что за большие дела? — спросил Баопу.
— Ничего-то ты не знаешь, — хмыкнул Цзяньсу. — Только и можешь, что бежать на зов «Крутого» Додо, когда у него чан пропал. Сидишь на этой деревянной табуретке, глядишь, на ней и состаришься. Только время тратишь попусту. Сам страдаешь и других страдать заставляешь. Вот бы я порадовался, если бы Наонао на самом деле взяла палку да вмазала тебе так, чтобы кубарем покатился! Сидишь и сидишь, как приклеенный, и дела тебе нет, что другие весь свет объездили, дела свои налаживают, ну почти что глухой. Вот уж действительно ты в семье Суй какой-то… — не договорил он, почувствовав неловкость.
— Какой-то что? — поднажал Баопу.
— Чурбан какой-то, вот что! — выпалил Цзяньсу.
Баопу раскраснелся, губы заходили ходуном, но ни слова в ответ он не произнёс. Подождав немного, Цзяньсу подошёл к окошку и, увидев, что на улице никого нет, снова встал рядом с Баопу:
— «Крутой» Додо собрался основать «Балийскую генеральную компанию по производству и сбыту лапши»!
— Слышал такое, — отозвался Баопу.
Его спокойствие изумило Цзяньсу:
— Вот так и будешь смотреть, как он это делает? — Баопу кивнул. Цзяньсу отступил на шаг, ломая пальцы. — Раньше я уже говорил тебе, — начал он, чеканя каждый слог, — что хочу вырвать всё производство из рук Додо. Оно должно быть под семьёй Суй!
Договорив, Цзяньсу побледнел ещё больше и тяжело дышал. Баопу встал с табуретки, закурил и затянулся:
— Я давно говорил, фабрике не быть ни под Чжао, ни под Суй. У тебя ничего не выйдет.
— Под семьёй Суй ей быть. И у меня непременно получится!
— Сил у тебя не хватит. И ни у кого не хватит. Потому что фабрика принадлежит Валичжэню.
Цзяньсу от ярости аж задохнулся, грудь его высоко вздымалась. Он тоже хотел было закурить, но, вытащив сигарету из кармана, сердито швырнул её под ноги. Потом положил правую руку слева на грудь брата и умоляюще воскликнул:
— Брат! Брат! Ну не сиди ты как истукан на этой старой мельничке… Оглянись вокруг, глянь, какое время пришло. Из поколения в поколение члены семьи Суй были люди честные, и что доброго из этого вышло? Нахлобучили тебе на голову жёрнов, вот ты и сидишь, не шелохнёшься. Терпишь, стиснув зубы, вон, сединой уже голову обкидало. Отсидишь день, дома поешь без горячего, и ни одна женщина по тебе не сохнет! Мужества у тебя с кунжутное семечко, я не понимаю, как ты не боишься что-то утратить? Как терпел столько лет, так и терпишь? А ведь такой здоровяк вырос — в драке и нескольким с тобой не справиться! Человек ты добрый, ничего худого не сделал, но, как и прежде, позволяешь, чтобы тобой помыкали. Эта мельничка — гроб при жизни, или ты хочешь, чтобы тебя в него и положили? Да тебе нужно бежать отсюда со всех ног и поджечь всё это к такой-то матери! Мы, члены семьи Суй, в этом поколении уже не можем быть такими никчёмными! Нахмурь брови, не говори ни слова, проглоти все обиды и попечалься за себя, а также за других. Оглянись, как ты прожил эти несколько лет. Да, в основном это твоя работа на фабрике, но ведь ещё твой характер. Стоит тебе кинуть негромкий клич, как пол-Валичжэня пойдёт за тобой. Кого другого «Крутой» Додо и побить может, а супротив тебя у него ничего не получится. Сам-то подумай, прикинь что к чему. Возможностей не так уж много, победишь так победишь, проиграешь так проиграешь!..