Паладины категорически не хотели умирать. Как те зомби из Амбреллы. Даже пробитое сердце не останавливало их. Только обширные раны головного мозга гарантированно прекращали их боевые танцы. И они категорически не хотели уставать. Не может человек прыгать кузнечиком весь бой. И махать двуручником, как электродвигатель насоса.
А вот за верное чутьё и за блестящую операцию «Охотник в западне» – отлично! И – Пятому, и – Олегу, и – мне.
С Молота взятки гладки. В этом бою он просто – боец. Щит и топор. Молот будет работать, когда мы начнём строить ВПК. Да, он мечтал стать великим воином. В детстве. А как борода полезла – размечтался. Наелся он «войнушкой». До тошноты.
Хочет стать Великим Мастером-Артефактором. Так, кто против? Топором махать все умеют. Ты этот топор сделай! А Молот мечтает не о топорах. А о ВПК. Именно – о комплексе. О станках и вполне тривиальных бытовых приборах. О паровозах и самолётах. Автомобилях и электробритвах. Вскружили ему голову фоновые предметы фильмов, что крутил Мистер Фёст вечерами.
Как в стародавние времена, ночуем под открытым небом. Только тогда – зима была. И Киса нас грела и развлекала. Погибла наша кошечка. В бою. Боевой товарищ.
А сколько раз «умирали» мы? Восторженный юноша Молот так наелся «игрой в солдатики», что тошнит его от крови. Корк так наелся судьбой «Вождя Народов», что готов сбежать от меня обратно в рабство, даже не приступив к реализации сценария «Вождя Краснокожих». А Пятый во снах видит Гиблый Лес как – Райский Сад.
Только Марк стоически терпит. Не заглотил ещё куска, который порвёт его на британский флаг. Ну, всё у него ещё впереди. Ему тоже некуда и не к чему «откатить». Некуда вернуться.
Глава 3
Утром нас настигла цель нашего путешествия номер «раз». Спешит, нахлёстывая коня. Сверяется с ГЛОНАСС-путеводителем, с артефактом каким-то. Очень спешит.
– У него кровь кого-то из вас? – удивляется Марк.
– Похоже на то, – усмехаюсь я, выходя на дорогу из полосы низких и болезненных деревьев, что никак не могли прижиться вдоль этой дороги. – Мы крови много и беспорядочно разбросали.
– Как же культисты вас ещё не нашли? – удивляется Марк.
– Сдаётся мне – сейчас узнаем. Кто за нами хвосты подчищал.
Всадник осаживает коня. Одет по-походному. Типичный наёмник или путешественник. Лицо закрыто глухим шлемом. И один глаз скрыт, как и у меня.
Улыбаюсь. Пазл сложился.
Парень сначала возмущён. Ему перекрыли дорогу, а он так спешит, так спешит! Но, увидев мою улыбку, в растерянности сверяется со своим артефактом, недоверчиво смотрит на меня, потом – на ребят.
– Ну, здравствуй, Белохвостый. Зачем искал ты нас? – спрашиваю я.
Мои спутники переглянулись меж собой. Они знали имя Наследника, знали, что я спас Наследника, но отобрал у него реликвию – меч изумрудной стали. Ястреб уже второй раз меняет на нём яблоко. Первый раз – лебедя на ястреба. Теперь – на нейтральную и ничего не значащую шероховатую сферу бронзовой сосновой шишки. И этому мальчику, Ястребу, понт – тоже стал чужд.
Но то, что мы тут искали именно Белохвоста, – для всех сюрприз. И для меня. Да и для самого Белохвоста.
– Вы? – спрашивает Белохвост.
– Мы, – киваю я, – а разве не нас ты искал? Сразу говорю – меча у нас нет.
Белохвост спрыгивает с коня, снимает шлем, вешает его на крюк седла, тянет руку наверх – у него за плечом рукоять меча. Мои спутники схватились за оружие. Белохвост выставил открытую ладонь левой руки, медленно вытянул из заплечных ножен длинный меч, опять – полуторник, держа его на уровне глаз – клинком вниз отпустил. Меч воткнулся в утрамбованный грунт дороги, стал упруго покачиваться.
Я аж задохнулся от зависти – какой сплав! Опять изумрудная сталь!
– Мне меч не нужен. Я искал вас, – говорит Белохвост, имея в виду меня. Голос глухой, хриплый. Простужен?
Клинок покачивается… Простой боевой меч, но покрашен – примечательно. Перекрестье и яблоко – вороненые, рукоять обтянута чёрной кожей, но на перекрестье – белая полоса. И другая белая полоса – по яблоку, по рукояти и немного – по клинку. Получается – белый крест на чёрном. Видя мой взгляд, Белохвост поворачивается. На нём – черный плащ с белым крестом. Госпитальер. Символично. Вылеченные мною бойцы, но не излеченные до конца, надевали такие накидки. И поступали под наше начало. Символично… И красноречиво…
– Клятва Крови, что не причинишь нам и «Красной Звезде» вреда – ни действием, ни словом, ни помыслом, – и пошли.