«Чё?»
Через плечо! Нашёл способ бесплатно качать Силу из вакуума?
«Понял, молчу!»
То-то!
У ворот замка – высокая фигура. Стоит, нас ждёт. И он – не скелет.
– Некромант! – воскликнул Марк.
– Спасибо, Капитан Очевидность. Про пирожки говорить?
– Не надо. Уже знаю, что там – оба твои. Дед, зацени защиту замка. Почти, как твой Ниппель.
Смотрю на него с завистью. Потому как для меня – просто стены.
– В башнях – Камни Душ, как вы тогда вынули из диска. И эти работают. Дед! Они говорят со мной! Мне икать-колотить, как сыкотно!
– А что говорят?
«Спрашивают, кто мы», – встревает Душара.
– Я не понимаю! – Марк в панике. – Они активировали какие-то мощные атакующие артефакты!
– Не брызгай в компот, там повар ноги моет, – хлопает Марка по плечу Корк. – Если бы хотели нас прихлопнуть, не тащили бы сюда. Там бы порвали, как Рексик – грелку. И тут бы прикопали. Как подснежники. В эти… как ты их назвал, Дед?
Усмехаюсь, видя лицо Белого Хвоста. Эту невообразимую смесь общемирового языка и русского он не в силах понять.
– Клумбы, – киваю я.
«Душара, представься за нас, – говорю мысленно своему подселенцу, – раз уж ты, всё одно, вышел из спячки».
«А чё говорить-то?» – удивляется Дух.
– Ну, как обычно, – в этот раз, говорю вслух, – медам и мусье, сами мы – сироты не местные. Дайте водички напиться, а то так жрать хочется, что переночевать негде. И – не с кем.
И всё это время продолжаем идти. Вижу, как серая кожа лица некроманта растягивается в улыбке. А дядя-то – с юморком. Не Бродяга. Мозги не только сохранил, но и что-то человеческое осталось.
«Они спрашивают, почему мы не убиваем Поднятых?» – транслирует мне Дух.
– А надо было? – удивляюсь я. – Такие милые дройдаки! Такие трудяги! С такими мы бы коммунизм – к восьмидесятому году – точно бы выстроили! Им кушать не надо – работу давай! Не то, что эти – щеглы. Жрать бы им да жрать! И как в колодец проваливается. Уважаемый, ты мне не сдашь в аренду, по лизингу, пару сотен коммунаров? У нас столько всего не раскопано!
Некромант ржёт уже в голос. Мы уже рядом. Слышим его смех.
– Мне ваш Версаль очень приглянулся. Себе такой же хочу! У меня вон – семеро, а не уже семь десятков по семеро – по лавкам, желторотых. Хочу им такой же дворец откопать. Дети должны расти в эстетическом восприятии прекрасного, а не в дерьме коней – по уши.
– Да, очень красиво, – соглашаются «желторотые».
– Я вас давно уже жду, сироты не местные, – неповторимым голосом говорит некромант, – будьте гостями в моём доме. Мой дом – ваш дом, мой стол – ваш стол.
Устаревшая ритуальная фраза. Некромант только что поклялся, что, пока мы у него в гостях, мы – члены его семьи. Со всей ответственностью, его, за нашу безопасность и благополучие.
«Доступ – получен», – сообщил Дух.
Блин, как в компьютерных системах безопасности.
Молчаливые и очень стройные слуги в смешных ливреях забрали наших коней. Минуту дружно «зависаем»: а они умеют коней обихаживать? А чем кормить будут? А почему, в конце концов, они не кинулись на лошадок, утолять вековой голод?
Некромант посмеивается и ведёт нас в зал. Вспыхивают магические светильники, заливая роскошный зал, как из фильма про Наташу Ростову, светом.
– Не желаете с дороги перекусить? Или сначала смыть дорожную пыль и пот коней? – спрашивает некромант.
Мнения разделились поровну. Я – за чистоту, остальные – пожрать. Подчиняемся мнению большинства, идём принимать ванны. Да-да, чистота – залог здоровья. И это – правильно. А правильное – важнее. И имеет конституционное большинство.
Глава 5
Мраморная ванна, мыло, полотенца. Я млел в горячей воде. Если бы меня сейчас потащили бы на разделочную доску для прокорма всех этих скелетонов, не заметил бы.
Это не Некрополис, это – рай! Я не хочу уходить отсюда.
Рёв возмущённого живота вернул меня на землю. Как всегда, жизнь – тривиальна. На полёт фантазии и возвышенность чувств – лишь миг.
– пою я, одеваясь. В запасное исподнее, что возил в рюкзаке. И в «домашний» комплект – камуфляж, старательно чиненный. Молчаливая костлявая «горничная» взяла мой походный комплект на чистку. Надеюсь, что на чистку. И что не порвут ничего своими граблями костяными.
Зеркала нет. Но есть расчёска. Уже хорошо. Я тут стал, как ведьмак, – седой и длинноволосый. По количеству шрамов – тоже догоняю. Может, побриться? Без зеркала, конечно, сложно, но – возможно. Рёв живота говорит: в другой раз.
Некромант сидит в высоком кресле во главе стола. Шпана нетерпеливо стонет. Такие запахи, а этот старый пердун копается, как гимназистка перед первой брачной ночью! Это говорят мне их взгляды.