– Руби! – ревёт Корк.
Его секира первой отсекает – с глухим щелчком – лапу пауку. Но это – Моргун! Следующий удар «волонтёра» – как в рельсу – глухой удар и звон лопнувшего топора. А сам боец летит назад, пробитый другой лапой. Серый, ужом вильнув под нашими руками, отсекает ещё одну лапу пауку, у самого панциря. Паук снова рухнул. Как безумные кольщики дров, рубим паука. Без особого успеха – хитин, что броня БТР, – не пробить! А вот наши тела и наша броня для паука – не проблема. Досталось, как раз, гобу – резкий удар паука наотмашь – «Спартак» летит, впечатывается в стену, сползает, как шлепок майонезный, без чувств.
А точку ставит Серый. Вонзая свой Изумрудный Клинок прямо между жвалами пауку. Видимо, пробив мозг твари. Паук замер. Тут же и Марк заносит свой Клинок Тьмы. Хватаю его за руку:
– Не спеши! В труху же всё обернёшь! Моргун! Отрубай жвалы, отдирай панцирь!
Прочность хитинового панциря паука поразительная. Все удары всеми видами оружия были блокированы. Топоры и мечи бессильно отскакивали. Моргун скидывает доспехи. Поворачивается ко мне. Влепил ему смачную оплеуху. Наотмашь! Аж ладонь «отсохла». Корк распухает, как резиновая лодка, накачиваемая мощным компрессором. Это раньше – обзови его – надувается. Теперь – плюнь в глаз – утрётся и лыбится. Тьфу! Тоже мне – зверь! А самому себя ему «распалять» долго.
Удар! Звон. Треск. Секира Корка не выдержала такой силы. Как жаль-то! Хороший был топорик. Долго и верно служил. И стоил немало!
Мимолётные, но красноречивые взгляды «моих». «Волонтёры» валятся без чувств. Брешь в их ментальных блоках мне известна. «Наркоз» пациенту – действие полуавтоматическое.
Марк протягивает Серому рукоять светового меча из далёкой-далёкой галактики.
– Быстрее! – тороплю я. – Марку надо с этой тушки ещё камень взять! С каждой секундой накопитель испаряется!
Серый, как плазменным резаком, вскрывает паука. Надрезает по кругу. Корк, как настоящий Халк, отрывает панцирь. Но нижний – рассыпается на куски. Он был треснут. Раскидываем отсечённые лапы, больше похожие на суставные костяные копья, куски панцирей. Серый отрезает жвалы, вырезает жало и какие-то железы.
Марк вонзает свой каменный нож в останки паука. Тушка стремительно обращается в прах. Марк ногой распихивает пепел, поднимает что-то похожее на крупный янтарь неправильной формы.
– Это – не накопитель, – удивлённо говорит он.
– А что?
– Я не знаю. Впервые вижу, – пожимает плечами Марк.
Серый, как получивший неплохое комплексное образование, сунул нос, но тоже пожал плечами.
Я махнул рукой, поспешил к гобу, кучей тряпья валяющемуся у стены. Печать! Печать. Вправить, печать! Блокировка боли. Парализация. Пришёл в себя. Заливаю в рот зелье.
– Дед, я умер? – спрашивает гоб.
– А то! – отвечаю я, вливаю ему ещё зелье из флакона и «вырубаю» – полностью. Мимолётом удивляюсь – Свет не ранил гоба. Полная перестройка организма? Обезуметь в атаке! Мне вся эта магия вечно сносит логические щиты разума!
Закончив с гобом, спешу к Наёмнику. На его и моё счастье – он был ещё жив. Со сквозной дырой в теле: кулак в живот сунь – из спины выглянет. Заливаю зельем.
– Ребята! В темпе! Умирает! Мне его не спасти! – кричу.
Серый бегает по залу, своим светящимся мечом добивает «окукленных». Их точно не спасти. Жизнь им не вернуть. А от участи мумии или Бродяги можно спасти, что Серый и делает. Марк мечется по залу, что-то ищет, что-то собирает с земли, мечет себе в Мешок. Корк мастерит носилки из древков и ремней.
Рук не хватает. На скорую руку монтирую «мультик» для «волонтёров», в спешке провожу коррекцию их воспоминаний, «загружаю мультик», снимаю блокировку.
– Быстрее! Нашли время отдыхать! – бью я их по очереди по щекам, приводя в чувство. – Наш боец погибает! Вставай, сын собаки! Вставай!
Бежим по тоннелям. Корк несёт на руках гоба, мы – вчетвером – впряжены в носилки с Наёмником. Серый, спрятавший Вздох Дракона в Мешок Марка, с изумрудным клинком, и огневик прикрывают. Паук может быть не один.
Как поезд метро, вылетаем из подземелья.
– Где у вас самый лучший лекарь? – кричу я старшему из троицы Наёмников, волонтеров.
– Я поведу! – кричит огневик, как язык пламени на порыве ветра, и, обогнав нас, полетел впереди.