Я почти полностью опустил добытый вчера подорожник в кипящую воду, подцепил сидящую внутри травы сущность и «потянул» ее. Это был рискованный шаг. Экстракция сущностей — наука, которую я пока даже не начал толком осваивать.
Зелье вспыхнуло ярким изумрудным светом, слегка загустело. Сияние говорило само за себя — у меня получилось зелье, причем далеко не обычное.
Алхимик-зельевар: +1
Зелье заживления ран.
Качество: редкое.
Заживляет раны куда лучше и быстрее стандартного зелья за счет извлеченной сущности.
Ниже можно было прочесть состав и соотношение ингредиентов.
То есть — работает!
Теперь — тест.
Я порезал тыльную сторону ладони, окунул деревянную палочку в котел, а потом провел палочкой по порезу.
Боль исчезла мгновенно. Кожа затянулась так быстро, что я едва успел заметить процесс, хотя обычное зелье справлялось бы минуту!
Результат превзошёл все мои ожидания.
— Нужно будет изучить это позже, — задумчиво подытожил я, аккуратно разливая зелье по маленьким стеклянным флаконам.
Каждый флакон тщательно закупорил и подписал: «Зелье заживления (ус.)». От греха подальше убрал их в сумку — отправятся в мою аптечку.
Из минусов — на дне котла остался осадок — тёмный, плотный, застывший. Похоже, это осталось после того праха, в который обращаются ингредиенты после извлечения сущности. Я вытащил ложку, попытался соскрести его, но получалось с трудом.
Котёл вымыл особенно тщательно: пришлось использовать щётку и горячую воду с солью. Не хотелось, чтобы что-то странное осталось на стенках и испортило следующую варку, или — было обнаружено Сталеваром. Этот эксперимент, пожалуй, останется тайным.
Котёл засиял чистотой, а я удовлетворённо вытер руки о тряпку.
Этот эксперимент показал, что мой метод работает. А еще он показал, что у меня недостаточно знаний о сущностях ингредиентов. Я так и не научился определять, какая энергия есть у того или иного предмета. Если о сущности, скрытой в подорожнике или ином растительном ингредиенте, еще можно догадаться, то что может таиться в палке, камне, кусочке кости восставшего скелета? Надеюсь, при достижении десятого ранга специализации появится возможность анализа скрытых сущностей.
А пока я доволен результатом.
В этот момент дверь в мастерскую открылась, и в помещение вошёл Сталевар. Его шаги были уверенными, взгляд — сосредоточенным. Он не сказал ни слова, лишь мельком взглянул на меня и дернул подбородком.
Он подошёл к своему рабочему столу и начал готовить ингредиенты. Я же, чтобы не отвлекать наставника (и не привлекать внимание к излишне пузатому мешку со своим экспериментом), убрал на место свои инструменты и направился к выходу.
За прилавком соседнего помещения сидел Альф — помощник Сталевара, вечно нервничающий и заикающийся. Парень что-то записывал в журнал поставок, но едва заметил меня, сразу поднял голову.
— На твоём м-месте я бы вернулся и посмотрел за готовкой ма-астера, — пробормотал он. — Сегодня. Редкое д-дело.
— Разве я ему не помешаю? — спросил я, слегка нахмурившись. Я не думал, что Сталевар любит, когда стоят над душой, потому беседовал с ним, когда тот стоял за прилавком или сидел за записями. Нет, я смотрел за ним, когда готовил параллельно (в мастерской было достаточно места для этого). Но оставаться ради того, чтобы посмотреть, казалось мне слегка некультурным.
Отголоски прошлой памяти.
Альф пожал плечами с таким видом, будто это очевидно:
— А ты ему не ме-ешай. Ты-ы. Ученик. Имеешь право. Не в-выгонит он те-е… те-е-е…
— Я понял. Спасибо.
Я колебался всего мгновение. В конце концов, Альф был в чем-то прав, тем более, если мастер готовит что-то редкое. Такой шанс выпадает не каждый день.
Я повернулся на каблуках и вернулся в мастерскую.
Сталевар уже начал готовку. На рабочем столе лежали десятки ингредиентов: сушёные корни, порошки редких минералов, экстракты из трав и цветов, даже несколько маленьких стеклянных флаконов с жидкостями разных цветов — от густого чёрного до сияющего серебристого — та самая кровь духовных зверей. Всё было разложено с идеальной точностью.
На плите стояли три котла. Три! И каждый из них спустя пятнадцать минут уже закипел: в одном забурлила густая жидкость цвета янтаря, в другом — что-то тёмно-зелёное с редкими пузырьками, а третий был наполнен прозрачным раствором с лёгким голубоватым оттенком.