— Они всегда творили чудеса, — с довольством произнес Фолкмар, хоть все еще и побаливало, — Рецепт Ницель выудил у одного заклинателя змей к востоку от Теллостоса. Далеко к востоку. Коршир — знаешь, где это?
Дуг пожал плечами.
— Это далеко. Очень далеко. Некоторые называют это краем земли. Я всегда говорил, что такой край земли пусть и находится подальше, — Фолкмар скрипуче рассмеялся, — Говорят, в Теллостосе полно того, что хочет тебя убить. Так вот — это неправда. На востоке кусаются ядом даже люди. У гадюк востока ядовиты не только клыки, но и хвост, а к женщинам вообще лучше не приближаться. Если ты чужестранец, значит, уже заведомо в тебе течет отравленная кровь. Вообще, они мастера по всяким ядам, — Фолкмар поморщился, прикоснувшись к ране, — Но и по лекарству тоже. Странно, но эти дела как-то ходят вместе. Убивать они умеют хорошо, но и врачевать тоже. Целые гильдии занимаются и тем и другим… Там есть полосатые кошки размером с тебя и такие же полосатые кони с крыльями и двумя рогами. А купцы такие, что готовы торговаться день и ночь, пока ты не двинешь кони в стремлении выторговать у этих чертей пару лишних монет, — Фолкмар отодвинул руку Дуга, хотевшего намазать ему рану и забрал у него баночку с мазью, — Не надо… я сам… разговорился, старый дурак. Эх, хорошо отделала меня эта свинья, да?
Дуг отстранился.
— Вы не бросили меч.
Помолчав немного, Фолкмар обработал мазью рану. Ветер подул в их сторону, нагнав в глаза дым. Так всегда бывало — стоит развести костер, он обязательно начнет дуть в лицо, даже если до этого стремился в другую сторону.
— Ты прав, не бросил, — грустно улыбнулся Фолкмар, отдавая обратно баночку, — Наверное, я просто не умею этого делать. Ты осуждаешь меня?
Как глупо… спрашивать у мальчишки то, о чем он даже не имеет понятия. Что он ожидает услышать? Что надо было бросить меч, послушать Алчущую Жрицу, и, быть может, все случилось бы иначе? Нет, не для его товарищей — те давно уже в могилах, которых он никогда не видел. Для него иначе. Но откуда Дугу об этом знать? Он видел только кабана и то, что он не бросил меч, когда он его просил.
«Пусть Дуг думает, что я поверил ему. Что его слова имеют для меня значение, наверное, это важно для десятилетних мальчишек».
На лице Дуга можно было прочитать работу мысли. Он почесал затылок.
— Великий Воин тоже бы не бросил меч. Он всегда держит рукоять крепко.
— Ты считаешь меня воином — это хорошо. Так и нужно относиться к своему наставнику.
Тело Фолкмара выглядело сухим и дряблым, как и полагается мужчине в летах. Доспех определенно придавал ему видимой мощи, а когда он снял его, стал похож на сморщенную картофелину. Или засохшую морковь, ведь она была гораздо длинней картошки. Фолкмар был длинным, не менее шести футов росту. Когда-то на эту длину была наращена крепкая плоть, и он слыл действительно славным рыцарем. Все удивлялись и показывали на него пальцем, какой он был огромный. Раньше…
— Собирайся. Мы потеряли много времени, — Фолкмару надоем дым. Он встал, освободив глаза от его въедливости, — Не отправимся сейчас — пропустим турнир и в божьи палатки нас не пустят.
Глава 10
Бой
Они спешили как могли, но весну им обогнать все же не удалось.
— Не проще ли держаться дороги, сьер? — Дуг задрал голову, посмотрев на наставника. Острые края дыры в доспехе чесали его затылок, он уже схлопотал пару царапин.
— Она задубела и стала жёсткая, как солонина. Дорогу нужно размачивать не меньше суток, прежде чем она станет ласковей к копытам. Вот только дождь собирался-собирался, да так и не сподобился. Разве ты не видел? О такие камни Чемпион переломает ноги и не будет у нас больше коня, — когда они выехали из леса, Фолкмар спешился у большого тракта, щетинившегося рытвинами, словно дикобраз. Он проверил дорогу, склонившись над черной почвой, наполненной отпечатками копыт, выемками от колес и следами сапог. Стремительная весна Теллостоса уступила лету, за пару суток высушив жирную грязь до твердости камня. Непробиваемая корка все еще скрывала под собой мясистую жижу, там, где-то глубоко внутри, но снаружи уже была опасна. Не повезет тем, кто будет ехать за ними. Каменная грязь переломает не только ноги лошадей, но и колеса телег. А турнир ждать никого не будет. Умение являться вовремя всегда было вынужденной добродетелью юга.
— Тогда нам придется пройти по лесу, — Дуг указал на небольшой пролесок, вонзавшийся в изгиб дороги, словно долото. Поворот оказался настолько резким, что грязь ощерилась высокими волнами, прежде чем застыть. Еще до этого неизбежного события многие уходили с тракта, стараясь спасти ноги и копыта, поэтому все вокруг было вымешано и вытоптана трава. Продолжалось это вплоть до молодой дубовой рощицы. Фолкмар поморщился: кольнуло в плече.