В свои неполные пятьдесят он был высок, крепок, и все еще не обзавелся большим мешком спереди, который появлялся у всяких мужчин, пересекших гораздо меньшую черту своего возраста. Но лицо выдавало годы, седина превратила смоляные виски в белые, кудри уже не чернели, срываясь с хмурого лба — они стали тоньше, и посерели. У короля был сломан нос и тонкой ниточкой алела длинная рана, идущая через всю правую щеку поверх других шрамов, уже давно заживших. Реборн почувствовал, как пристально его рассматривает старик.
— Порой доблесть и верность моих рыцарей идет впереди ума, — пояснил Реборн, прикоснувшись к еще болевшей ране на лице, — Беккет так и не научился проявлять гибкость в королевских приказах. Если бы я сказал убить меня на том поле, он бы так и поступил. У него всегда была крепкая голова. Но в толстом черепе не остается достаточно места для мозгов.
— Ну и что с того, что он не совсем умен? Он верен своему королю, это самое главное.
— Южанин, у которого северный нрав, — сказал король, опрокинув в себя стопку летнего вина. Видимо, Фолкмар ошибся, приняв крепкое за легкое вино. Странно, обычно нюх никогда его не подводил, — Знаете, это заслуживает уважения. Учитывая ваш возраст.
— Я часто это слышу. Так часто, что иногда устают уши.
— Примите это за похвалу. Не знал ни одного человека, который бы отказывался от похвалы. А в ваших заслугах я не сомневаюсь. Уверен, таковых наберется достаточно, — в голосе короля Фолкмар не уловил ничего такого, что могло бы насторожить его. Скорее, он казался довольным и вполне спокойным.
— А теперь… вы верите в слухи? — осторожно спросил Фолкмар.
— Что вы монстр, чудовище? Или что прокляты? Я верю в своего лекаря, он может поднять мертвого. Еще верю в вашу удачу, — усмехнулся король, не позволив дрогнуть уголкам губ, — Мы чтим Воина, и я чту. Человек должен чем-то руководствоваться, верить во что-то великое. Не обязательно настоящее. Иначе не было бы не чести, ни доблести, ни порядка. А рассказы во всякие проклятья, в приметы, все эти суеверия… знаете, я встречал одного бога, который вел себя так, будто и вправду существовал, — Реборн Блэквуд воспользовался углом стола, чтобы сесть, потому что он был достаточно низок. Удобный стул, стоявший рядом, он вежливо проигнорировал. Сцепив длинные бледные пальцы, он спокойно взглянул на сморщенное тело больного: — С тех пор прошло так много времени, что я уже и сомневаюсь, было это все на самом деле или лишь игра моего воображения. Тогда погибло много моих друзей и мой боевой конь. Чемпион… Я решил, что мое воображение оправдывает все эти смерти. Мы умерли в борьбе за что-то великое против чего-то ужасного… Хочется думать, боги делают хорошего больше, чем вредного, ведь так? Иначе зачем мы молимся?
«Ты не молишься, Реборн Блэквуд, — подумал Фолкмар, — Ведь в них совсем не веришь». Король скрывал, что не верит в богов. Рыцарь уже понял, что тот строг и осторожен. Он никогда не скажет лишнего даже перед тем, кто ничего не значит для него.
— Вы помогли мне, Ваше Величество. Я хочу поблагодарить вас…
— Честно скажу, к вам я отправился по просьбе своей жены. Она очень… чувствительна ко всяким душещипательным историям, — задумчиво произнес король, и потом добавил: — Скандал с лордом Бордовеем порядком попортил мне нервы.
Фолкмар выдохнул так, что у него заболело в груди.
— Скандал? — обескураженно спросил он.
— Вы выжили. Это не принесло кое-кому удовлетворения, — пожал плечами Реборн, — Знаете, в чем особенность крупных феодалов? С ними очень много проблем. Некоторые из них настолько богаты и влиятельны, что корона вынуждена с ними считаться. Все мы в одной лодке, и иногда королевской лодке требуются весла, которые есть только у тех, кто присягнул тебе в верности.
— Вы — король, разве вы должны с кем-то считаться? — осекся Фолкмар, ведь он так и не выразил почтение тому, кому поклялся служить. Немощь сделала его слишком безразличным, — Простите… я…
— Хотите выпить, — ответил за него Реборн, покинул край стола, налил прозрачную рюмку красного, подошел к Фолкмару и протянул руку, — Возьмите. Вам не будет лишним, а я в очередной раз не послушаю рекомендации сира Хардрока.