«Пейте кофе», — не смутившись, сказала она.
«Вы сказали, что не опознали меня своим коллегам по тому отрывку пленки на улице, но, конечно, вы опознали меня, и они велели вам следить за мной.
Вот почему ты была в квартире вчера вечером. Джо, ты никогда не остаёшься там две ночи подряд. Он всё ещё улыбался, но внимательно следил за её реакцией.
«К черту — да».
«Ну, они же тебя чуть не убили, да? Надеюсь, ты им это скажешь».
«Да, — улыбнулась она. — Спасибо, что ты такой взрослый, Самсон».
«Что значит небольшая слежка между друзьями?»
«Я сказал тебе больше, чем им».
«Я знаю, что ты это сделал. Конечно, им плевать на мою безопасность, да и на твою тоже. Если бы они беспокоились обо мне, как они сказали, они бы прикрыли меня, когда следовали за мной до моста Патни. Тот, кто за мной охотился, отслеживал мой телефон, поэтому мне пришлось его выключить и поменяться телефонами. Поэтому ты не мог мне позвонить».
Она надула губки и отпила кофе.
«Так чего же они хотят?»
Она придвинулась ближе, оказавшись всего в нескольких дюймах от его лица. В их глазах танцевала привычная интимность, что заставило её слегка улыбнуться. «Они хотят знать, почему ты был у здания».
«Эдгар? Почему?»
«Там что-то происходило. Они ворвались туда и забрали человека, которого искали, но не нашли то, что хотели. Всё это довольно расплывчато, но они хотят знать, какого хрена ты там делал».
Он поставил чашку с кофе и протянул ей руку. «Можете передать им, что меня совершенно не интересует это здание и то, что там происходит. Сделаете это для меня? Это было совпадением, что моя работа привела меня туда. Ничего больше».
Она кивнула и убрала руку.
«Есть ли у них удостоверение личности человека, который пытался нас убить?»
«Ты знаешь, что он умер?»
«Я предполагал, что так оно и есть, да».
Его звали Пим Виссер. Он был гражданином Нидерландов. Родился в Роттердаме тридцать шесть лет назад. Отсидел четыре года за контрабанду экстази. Голландская полиция утверждает, что у него были хорошие связи в преступном мире Роттердама – «пенозе» –
и, возможно, был наёмным убийцей. Его прозвали Росси в честь итальянского чемпиона по мотогонкам, потому что он использовал скоростные мотоциклы для доставки наркотиков в клубы по всей Европе. Наркоман, известный своей склонностью к насилию, он был подозреваемым в убийстве проститутки в Роттердаме и дважды был осуждён за сексуальное насилие.
«Так был ли Росси водителем Мирослава Раявича – Матадора?»
«Предполагается, что так оно и есть».
«Я не понимаю, как мой сосед услышал сербскую речь в квартире, если этот мужчина был голландцем».
«У Виссера была мать югославка. Он свободно говорит по-сербски. Он был связующим звеном между Пенозой и балканской преступностью, в основном, по вопросам рынка МДА, как полагают. Он был частью цепочки поставок экстази в Словению, Хорватию и Сербию».
«Значит, он разговаривал с Матадором по телефону».
«Да, похоже, он звал на помощь своего партнёра. Возможно, он был не уверен в себе или настаивал, чтобы другой мужчина – ваш Матадор – выполнил контракт, поскольку это был его контракт. Не знаю. Но был какой-то спор, и поэтому он кричал».
Схема преступления теперь была установлена без всяких сомнений. Четверо мужчин были наняты из преступного мира Европы для выполнения заказных убийств, которые потребовали бы гораздо большего профессионализма, чем любой из них мог. Двое были мертвы, один находился под стражей, а четвертый пропал без вести. Он напомнил себе, что позже нужно позвонить Вуку Дивьяку в Сербию.
«Спасибо за всё», — сказал он. «Итак, ты собирался рассказать мне о парне с тюльпанами — о мужчине из деревни, которого ты видишь».
«Он такой милый, он мне очень нравится. Я бы рассказала об этом раньше, но, знаешь, ты тоже невероятно милый, Самсон. И мы ведь хорошо проводим время, правда?»
«Конечно, да».
Она провела ногтями по тыльной стороне его ладони. «Наше время
Для меня быть вместе — это как полпути к любви. Понимаешь? В постели так хорошо, что я даже удивляюсь, какого чёрта мы не любим друг друга, как и любой другой. Но ты недоступен, и это стало для меня очень важным, несмотря на нашу потрясающую сексуальную жизнь или благодаря ей.
«Вопреки или благодаря», — безнадежно повторил он. «Значит, ты планируешь связать свою жизнь с этим парнем из тюльпанов?»
«Его зовут Лео».
«Мне больше нравится Tulip Guy».
«Посмотрим, как пойдёт дело. Он помог мне решить проблему, и я ему благодарен».
'Что это было?'
Она не ответила и слегка отстранилась. «Я боялась, что они будут устраивать тебе разнос из-за убийства этого человека».