– Это хотя бы не первая сделка? – игнорировал вторую часть мужчина.
– Первая, – не решился на ложь парень. И стал ожидать недовольство. В какой-то степени его стыдила собственная неопытность. Он не мог убедить самого себя в неважности этой подробности – а это самое главное для убеждения других. Снова застыл, не хотел завершения разговора. Нет, неправда, именно этого и хотел. Больше всего он был готов принять неудачу и облегчённо уйти. Но разговор продолжился.
– У меня тоже. Вот и сошлись мы, – усмехнулся мужчина.
– У меня даже встреча эта первая, – непонятно для чего признался парень.
– Для первого раза вроде неплохо держишься.
Молодой агент улыбнулся, но облегчения не почувствовал. Ему не терпелось поймать определённость в разговоре.
– Значит, продолжим? Ну… если Вы всё-таки хотите продавать.
Мужчина одобрительно кивнул. Алексей крепче взялся за ручку и подошёл ближе к собеседнику. Ему предложили табурет.
– Из телефонного разговора так понял, что Марина собственник. Это так или..?
– Нет, собственник я. Мариша моя жена и… в общем, инициатива от неё.
Парень записывал, не поднимая глаз, стараясь показать себя с профессиональной стороны. Неформальное общение оставил у вешалки рядом с дверью, когда снимал куртку.
– Каким образом недвижимость перешла в собственность? Покупка, дарение…
– По наследству перешла. Вернее, как… по завещанию. От деда моего.
В ответ кивание и угуканье с негромким черканием ручкой.
– А причина продажи? Позвольте узнать.
Тут Михаил серьёзно споткнулся. Потирая ладони о штаны, он пару раз скользнул взглядом по глазам агента, как бы спрашивая: «Ну как почему?» Будто прося подсказки. Какие там бывают причины? Нужда в деньгах? Их много не бывает, это правда, но так ли уж им не хватает? Вроде, нет. Бизнес? Да какое там. Долги? Тьфу-тьфу-тьфу. Размен на две? Едва ли. Покупка новой? Да нет…
– Хотите переехать? – попытался помочь Алексей.
– Нет, у нас… у нас есть квартира. Нормально живём.
Парень дал ему ещё пару секунд, а затем предложил перейти к следующему вопросу.
– Так, насчёт мебели позже...
– Нет, вот насчёт неё вопросов нет. Без мебели продаём.
– Точно? – вырвалось у Алексея, и глаза пристыжено опустились на лист.
– Точно, – твёрдо ответил мужчина.
Алексей закивал, словно полностью поддерживает решение и ничуть на самом деле не сомневался. Такому неубедительному жесту Михаил не поверил.
– Вы считаете это глупым?
– Нет, конечно, нет. Я только подумал о Вашей жене и... поэтому уточнил, – выкрутился парень.
– Она поймёт. Надеюсь. На самом деле она совсем не такая, какой сейчас кажется. Просто терпеть не может нагромождения. Как здесь, например. Не видит в вещах ничего. Мой дед же наоборот, только в них и видел. Они наполняли его жизнь. Для него квартира была внутренним миром. Сам состоял из них... Только не надо смеяться!
– Я… нет. Я просто улыбнулся.
– Да и улыбаться здесь нечему. Это как болезнь.
– Так он болел?
– Не знаю. Нет, по крайней мере, врач бы вряд ли так сказал. Дед боялся. Боялся, что забудет прошлое, как будто терял память. Возможно, так оно и было, но он никогда не сознался бы. Скорее всего, просто окружал себя воспоминаниями. И до того не желал с ними расставаться, что старался не набирал новые, чтобы случайно не вытеснить.
Повисла пауза. Алексей терпеть не мог эти паузы, растягивающие время. Его учили, что нельзя позволять им возникнуть. И задал вопрос. Можно сказать, повёл себя непрофессионально – спросил о личном. С другой стороны, ещё можно было повернуть в свою сторону и войти в зону доверия. Вопрос был прост:
– А для Вас они что?
– В каком смысле? – даже будто не понял вопроса мужчина.
– Для Вас они тоже воспоминания?
– Не все, но… да, – Михаил снова ощутил неловкость. Взглянул на парня, чтобы оценить, понимает ли тот его. И заметив интерес (поддельный или нет), пояснил. – Бывает же такое, что берёшь в руки вещь… или даже видишь просто её где-то, замечаешь, и она переносит тебя к эпизоду жизни. Внезапно, без вопросов уносит.
– Как портал.
– Да, точно как портал, – почувствовал себя увереннее Михаил. – Без них воспоминания правда тускнеют, а некоторые пропадают. По себе заметил. А с дедом… с дедом не одна хорошая история связана. Разве могу я отдать его гитару, зная, как любил он на ней играть? Отдать его куртку, в которой не раз грелся сам на зимней рыбалке? Табуретки, – он указал рукой на одну под Алексеем, – Которые он сам вырезал.
Парень ответил спокойно, с полной уверенностью, но с сочувствием в глазах.
– Возьмите для себя самое важное. А остальное оставьте. Без человека вещи ничего не значат.
Михаил исподлобья посмотрел на него.
– Но когда человека нет, они значат гораздо больше.
Парень замолчал. Он кивнул, но всё же не был до конца согласен.
– Разве Вы не чувствуете каким грузом лежат здесь эти вещи? Вы не предадите и не забудете деда, если откажетесь от большинства из них. Только ощутите себя легче. Станут связующим звеном между вами. Между общим прошлым и Вашим настоящим. Помогут найти его место в Вашей теперешней жизни. А не попытками заполнить его отсутствие. Будут играть вдвое громче и вдвое лучше согревать. Станут воспоминаниями о дорогом человеке, который был в Вашей жизни. А не о любимом, которого больше нет.
Алексей замолчал. Снова ненавистная пауза. Михаил держал пальцы в замке и старался держать самообладание. Ситуация давила на него не меньше, чем год назад, когда и случилась беда. Как и тогда приходилось сдерживать крупные слёзы и медленно дышать. До чего сложно последовать такому совету! Но мужчина почти настроился совершить трудный шаг. Пока не поднял вновь глаза на собеседника и не увидел висевший на его шее бейдж: «Алексей. Специалист по недвижимости».
– А вам-то какая разница? – переменился он и грубо задал вопрос. – Сказал: не продам, – значит, не продам! По мозгам он ездить мне будет. Ты вообще мне кто?
Парень растерялся от такого нападения. Скрестил руки и даже будто съёжился на табурете. И не мог придумать ответ.
По неведомой случайности тогда же вернулась жена Марина. В тапочках далеко уйти, видимо, не смогла. Принеся с собой неприятный запах сигарет, с порога вклинилась в разговор.
– Ещё сидите? – ехидно спросила она, думая об этом, как о намёке на перемены в позиции мужа.
– Уже встаём! – громко ответил Михаил. – Я всё сказал. Без вещей и мебели продаём… если вообще продаём. До свидания!
Противостоять такому твёрдому указанию на дверь Алексей не стал. Зря полез с расспросами. Кто просил его о совете? Складывая планшет и ручки в рюкзак, он мысленно себя ругал, но не мог не чувствовать и облегчение. Марина, застывшая в куртке и тапочках мешала сборам, но не проходила в комнату. Парень протянул визитку на случай, если передумают. И поспешил уйти.
«Не разочарование, но опыт. Пусть и неудачный,» – подумал он, когда возвращался к остановке, дрожа вспотевшим телом. И сильно замёрз, пока ждал маршрутку, ругая запомнившийся адрес.