— Тихо, — шикнул я на него.
Жека передразнил меня, и остался вне комнаты, видимо проникся «заскоками богатых» и не хотел нарушать правил.
Матвей прошёлся по большой спальне, осматривая всё вокруг. Кажется, мы ошиблись, Кати тут нет. Возможно, просто что-то упало. Во мне снова начали подниматься сомнения. Может я был прав, и Мацкевич отвлекает нас, чтобы его сестрица ускакала в закат? Чёрт, я почти готов наброситься на него. Как же всё бесит. Остались ли люди, которым можно доверять? Наверняка нет.
Матвей прошёл к большому шкафу. Если потрудиться в него можно запихать парочку любовниц. Забавно, наверное, отец Мацкевича так и поступает когда приспичит. Кто в своём уме купит такой гигантский шкаф? Что в него класть? Свои богатства? Мацкевич открыл его, и стал раздвигать вешалки, на которых было бесконечное множество самых разнообразных нарядом в основном женских. Теперь ясно, мать Мацкевича не только повёрнута на чистоте, она ещё и шопоголик.
— Хватит прятаться, — говорил, расталкивая тряпки Мацкевич, — я знаю, что ты где-то здесь Катя. То, что ты сделала с невинной девушкой непростительно. Я тебя уничтожу, а если у меня не получится, это сделает отец. Скоро до него дойдут новости, и мать тебя не спасёт. Ты и так много себе позволяла, пора научиться расплачиваться за совершенные поступки.
Из шкафа послышалось хныканье, Матвей добрался-таки до своей чокнутой сестрицы. Она сидела в самом углу и рыдала, закрыв лицо ладошками. Я порывался было лично вытащить сучку и встряхнуть, как следует, но Матвей одной рукой показал, что мне не следует вмешиваться. Что ж я потерплю, мне не сложно. Всё равно доберусь до паскуды.
Он схватил сестру за руку, наверняка больно, она пискнула, и вытащил из шкафа силой. Она полетела на пол, строя из себя самую несчастную девушку на свете. Хныкала, утирала сопли, обняла себя.
— Простите меня, простите, я не хотела. Это всё он, — приговаривала Катя. — Он придумал план, а я не смогла отказаться.
— Он? — не понял я.
Матвей поспешил разъяснить:
— Ты не в курсе, что у неё был соучастник? Так вот теперь знай, Катя через-чур податливая и зависимая особа, и уж очень любит вестись на поводу у всяких уродов. Я разве не прав сестра?
Я слышал о соучастнике, но мне казалось, его поймали, по крайней мере, так сказала мне мать Стаси. Опять ложь?
— Ответь мне Катя я не прав? — повторил Матвей, под хныканья сестры. Видимо посчитал, что с первого раза его не расслышали.
— Прав, — пропищала она тоненьким голоском. — Не кричи на меня Матвей. Я всего лишь влюбилась и пыталась отстоять своё право на счастье.
— Какое к чертям счастье Катерина? Ты девушку чуть не убила. Твоё как ты называешь счастье, ожидает тебя теперь за решёткой.
— Ты всегда был ко мне несправедлив Матвей. Я хотела быть тебе подругой, сестрой, а ты только шпынял меня, — перешла она на визг.
Я поморщился. Пока не решался вмешиваться в разборки, как и Бекетов, увлечённо наблюдающий за Мацкевичами. Для него это вообще выглядело как представление в театре, глаза Жеки так и горели узнать развязку драмы.
— Шпынял? Да я был душкой. Ты не видела как я «шпыняю» тех, кто заслужил, — нагнулся он к сестре и схватил её за волосы. — Но теперь ты увидишь. Поздравляю «сестрица» ты выиграла джек-пот. Отец узнает обо всём и тебе конец. Мы все устали от твоих загонов, одна мать видит в тебе принцессу, потому что при ней ты притворяешься. Уверен с Настей ты была настоящей. Боюсь даже вообразить, как ты издевалась над девушкой, которая тебе ничего не сделала. Правильно отец говорил матери, когда брали тебя в семью. Гены всегда берут своё. И ты похожа на свою мамашу.
Катя растерялась. Её мало волновал дискомфорт, от того как держал её за волосы Матвей. Глаза девушки налились гневом, покраснели, она закричала как оголтелая. Мацкевичу пришлось отпустить сестру и отпрянуть. Он не ожидал такой бурной реакции. А собственно чего он тогда ожидал в принципе? Если Катя неуравновешенная это логичный исход.
— Как сирена, — комментировал рядом Жека.
— Что ты сказал? — вскочила с пола Катя и стала надвигаться на Матвея с угрожающим видом. На мгновение я даже испугался за жизнь этого мажора. — Повтори Матвей, что ты мать твою только что сказал? Какую мать? Моя мать и твоя тоже, не путай. Мы брат и сестра.