— Настя? Можно мне войти? — показалась голова Матвея. Он часто заходил в гости и приносил сладости.
Кивнуть бы ему, но я даже на это простое действие не способна. Голова моя была опущена, словно я смотрела на свои пальцы, и только глаза мои были направлены на Мацкевича.
«Где Стас?» — хотела знать я, но спросить не сумела. Глупая слабая Стася.
— Он сейчас в поисках твоего обидчика. Уверен, скоро вы воссоединитесь и всё у вас наладится. — Прочитал он мои мысли. — Вообще-то я пришёл попрощаться. Многое произошло и мне за некоторые вещи стыдно. Катя — моя сестра по отцу, и мы не общались последние лет семь. У меня не было на неё времени, а она и не стремилась. Вернее изначально Катя хотела дружить, но как только я узнал о предательстве папы, так и не научился воспринимать её отдельно ото всей грязи. Катерина стала напоминанием, что жила на свете женщина, с которой отец изменил моей матери. Я не хороший человек. На самом деле я долго злюсь, а потом выбрасываю людей как ненужный мусор из жизни. Но это не всё. Моя мама, милая и добрая женщина простила его, и приняла девочку в семью. Вроде бы отличный поступок, но именно он свёл её в некотором роде с ума. Она стала воспринимать Катю как родную и даже выдумывала истории, как тяжело далась ей беременность. Мама много чего придумала тогда и сейчас. Я хотел вылечить её, но врачи говорят: это не лечится. А Катя пользуется всеми благами и добротой матери. Что же до отца: ему плевать как на меня, так и на неё. Я значу для него чуть больше только из-за того что на мне держится его компания. Каким бы высокомерным мажором я не выглядел в глазах Стаса, всё что имею, заработал сам, — усмехнулся Матвей.
Его слова тронули меня. Приятно слушать откровения. Я улыбнулась, сама не заметила, зато он обратил внимание.
— Чаще улыбайся Настя, тебе пора вернуться, — погладил он меня по плечу, — ты нужна нам всем. И своему малышу в первую очередь. Негоже будущей маме грустить. Что ж, мне пора, был рад с тобой познакомиться, и прости меня за все, что я сделал. Я не хочу остаться в твоей памяти как плохой парень.
Я вздохнула и разомкнула губы. Но ничего не смогло сорваться с них.
— Не надо, — подмигнул мне Мацкевич, — твои первые слова должен услышать не я. — Напоследок у выхода из комнаты он обронил: — твоё имя означает «возвращение к жизни, возрождение», так соответствуй ему. Будь счастлива Анастасия Зарецкая. И не забудьте мне отправить открытку с приглашением на свадьбу, иначе я обижусь.
Я молча рассмеялась. Матвей ничего не ответил, ушёл. Я снова осталась одна в безмолвной тишине.
ГЛАВА 45. Матвей
Моя жизнь с детства была непростой. Но если вдуматься, у кого она в принципе простая? Каждый, у кого не спроси, скажет: у меня тяжёлая судьба. Даже богачи. Чёрт особенно богачи. Им палец в рот не клади, только дай повод поныть какие они несчастные и бедные. Да-да, бедные, когда у тебя есть всё, по факту ты пуст, у тебя нет ничего. Знаю по своему опыту. Подростком я был ещё той занозой без цели и жизненного опыта. Тратил деньги папы, гулял, бухал, в общем, ничего необычного. Но лет в шестнадцать я встретил друга. Он показал мне, что нечего цепляться за отца и его мешок денег, тогда-то я и начал работать. Постарался проникнуться в жизнь обычных людей выживающих на одну зарплату.
В какой-то момент я устал, слишком тяжёлой была ноша, и собирался бросить неблагодарное дело. Работу, где начальство только что и делало, как поливало дерьмом, обвиняло незаслуженно лишь бы скинуть ответственность с себя, но сказав об этом папе, получил весьма логичный ответ: «если ты не имеешь терпения в работе, то, что ты имеешь вообще?» И я воспринял это как вызов. Терпение и холодный рассудок стали моим жизненным кредом.
Проработал я ещё год, потом начальство прознало о том, чей я сын, и стало пресмыкаться. Уволили директора и предложили должность мне, несовершеннолетнему парню без должного образования и навыков. Я отказался. Благодаря их нападкам я научится относиться ко всему с равнодушием. Было бы здорово утереть нос отцу получив высокую должность, но смысл, если я сделаю это незаслуженно? Мне нужно было внутреннее удовлетворение. Мол, добился сам своим умом и опытом, а ни того, ни другого пока у меня не было в наличии.
Для человека из семьи Мацкевич нет закрытых дверей. Я не исключение. Отучившись и став работать на отца, я показывал ему своё трудолюбие и желание развиваться. Много путешествовал, и старался не подводить семью и их ожидания. Получалось не всегда, я часто ошибался, но старался исправляться, за что папа стал ценить меня больше. Но это моя короткая история, история же моей так называемой сестры немного отличается.