— Держись крепче, договорились сладкая? — обратился я к ней через плечо.
Она кивнула. И мы поехали.
Я заранее придумал, куда повезу свою девушку, и надеялся, что и ей придётся по душе то место. Всю дорогу она держала меня за пояс, положив голову мне на спину. Такого умиротворения я не испытывал давно. В этой поездке мне казалось, что мы остались одни на всём белом свете. Никто нам не мешал, никто не осуждал и никто не завидовал. Мы есть друг у друга, а большего и ненужно.
Остановившись возле обочины, я слез с мотоцикла первым, и снова стал помогать Стасе, но она возмущённо свела брови к переносице. Отказалась от привилегий. Слезла сама. Дальше мы пошли пешком. Я вёл мотоцикл, а она следовала за мной.
— Ты наверняка узнала место. — Толи спрашивал, толи утверждал я. Странно разговаривать, когда тебе не отвечают. — Конечно, узнала, ты ведь сама меня сюда когда-то привезла и показала. Мы тогда разговаривали о наших отношениях, и ты поставила мне ультиматум. Не знаю, верное ли это было решение, однако мы всё равно пришли к такому финалу.
Она шла рядом и смотрела под ноги. На меня взгляд не поднимала. Я боялся, что Стася расстроиться из-за моих слов. Посчитает их претензиями.
— Я бы хотел попросить прощения пока мы не пришли к пруду. Ты извини меня за мою грубость по отношению к Татьяне Геннадьевне. Она разозлила меня. Ты ведь помнишь, что я обычно уважительно отношусь к старшим, а тут меня просто вынесло с её провокации. Скажешь, что я слишком импульсивен? Да наверняка, но я такой и не знаю, как мне поменяться.
Когда мы дошли до голубоватой глади воды, Стася улыбнулась и направилась к ней. Я поставил байк, и, не понимая как быть дальше, пошёл следом. Стася сняла с себя балетки и ступила в воду. Прохладная синева коснулась её нежной бледной кожи ног, и она хихикнула. Наблюдать за ней одно удовольствие. Такая нежная и хрупкая, а старается показать всем как сильна. Духом уж точно, а физически.… Ну, для этого у неё есть я.
— Стася, — позвал я её, и она обернулась. Приблизился и ступил в воду прямо в кроссовках. Плевать что промокли, я обязан высказаться. — Чтобы не случилось, я был твоим, твоим и останусь навсегда. Ты можешь отказаться от меня, но я нет. Я предлагал жениться, и я не отказываюсь от своих слов. Наш ребёнок вырастет в полноценной и здоровой семье. Я буду стараться для вас, постараюсь обеспечить всем, чем смогу. Не обещаю золотых гор и звёзд с небес, но я хочу быть с тобой, быть твоим мужем. Кивни если согласна выйти за меня.
Я смотрел на неё с надеждой, а она мне улыбалась, но молчала и не двигалась. И как это расценивать? Как отказ? Откуда я знаю, что навешивает ей на уши её мать. Может Стася всё давно для себя решила, а я остаюсь в неведении.
С минуту мы тупо простояли в воде пялясь друг на друга. Её бездействие я принял за отрицательный ответ. Зачем кого-то к чему-то принуждать? Верно, незачем. Я развернулся и направился вон из воды. Ноги промокли и зря, но жаловаться удел слабых, а я далеко не слаб.
В любом случае никто не упрекнёт меня, что я не пытался. Сейчас она порадуется немного воде, и я отвезу её обратно домой. А там будь что будет. Стану помогать, наверное, что ещё остаётся. Я же не один из тех конченых уродов кто бросает своих детей и не объявляется годами, а потом приходит когда стар и немощен и просит помощи. Стану отцом по выходным, как часто это бывает у приличных людей, если они расходятся. Стася не простит меня, и я её понимаю, просто всё равно больно слышать тишину равносильную отказу.
— Куда? — послышался сзади меня тоненький голосок Стаси. — Я же не ответила.
Я замер. Галлюцинаций мне сейчас только не хватало. Правильно Михалыч говорил: хватит бухать. Я настолько огорчился, что у меня в голове послышался её приятный голос.
Но мои предположения разбились вдребезги, когда Стаси обошла меня и посмотрела в глаза.
— Ты оглох Стас? Я же спросила, куда ты направился?
— Ты? Ты…. У меня слуховые… Стася… — как идиот стал запинаться я, не сумев подобрать верные слова.
— Я должна была сказать вслух. Кивок это слишком просто. Надо было через себя переступить. — Отступила она, былая смелость пропала.
— Ладно, — убрал я волосы назад, а они снова вернулись на своё привычное место. Чёрт. — Так что ты ответишь мне?