Я как могла, скрывала факт того что меня бесило как много пьёт Соловьёв. Каждый раз, когда он напивался, я мечтала поделиться с роднёй и спросить совета, но я не могла. Я знала, что мне скажут мама и папа. И я не могла осуждать их, они правы. Нормальные люди не должны напиваться из раза в раз, когда проблемы поджимают. И я пыталась объяснить это Стасу, он слушался меня. Брал длительные перерывы. Я радовалась, потому что наши отношения процветали, а потом ему звонил Бекетов и всё начиналось по новой. Как замкнутый круг. Понимаю, что нельзя винить Женю, у Стаса ведь есть своя голова на плечах, но если я начну винить его, я боюсь, что мы разойдёмся навсегда.
Он встретил меня возле своего подъезда. Забрал чемодан и повёз его к дому. Я поставила машину на сигнализацию, и осмотрелась. Двор как двор. Всё как обычно, ничего особенного. Однако я выискивала сучку по кличке Катя, и считала, что она притаилась под ближайшим кустом. К её счастью я ничего подозрительно не увидела.
Между нами сохранялась тишина на протяжении двух часов. Кроме разве что приветствия, и то не особо эмоционального. Всё время я разбирала свои вещи. Раскладывала их по полочкам, а Стас сидел на кухне, и оттуда доносился запах сигарет. Когда он нервничает, часто курит, я давно заметила за ним эту маленькую вредную привычку, и пыталась отучить. И Стас снова слушался меня, до нашей очередной ссоры. Если так подумать за все четыре года мы много ругались. И то, что происходило сейчас не ново. Просто всё обострилось из-за появления Кати, его настойчивых просьб познакомить с родителями или всё тех же пьянок и драк.
Более-менее стабильные отношения у нас оставались до окончания мною школы. А потом началась частая ревность, грубость (хотя он и раньше не отличался покладистым нравом), приказы — что я могу, а что не могу делать. Мы — это пример отношений, к которым не нужно стремиться. От которых нужно бежать. Но я старалась сглаживать углы, и пыталась оставаться понимающей. Знала о проблемах с деньгами, об отце Стаса, и как тот относился к своей жене и сыну. Зная всё это, я оставалась с ним. Помогала, успокаивала, молила быть лучше, чем то животное называющегося его отцом, но как говорится: в одно ухо влетело, в другое вылетело. Так было и со Стасом. Он неплохой человек, но слишком взрывной, что совершенно его не красит.
Задумавшись, я не заметила, как Стас вошёл в комнату и полез в комод, чтобы что-то найти. Что делать? Как начать непринуждённый разговор? Я в замешательстве.
— Я пообещал матери больше не пить, — не смотря на меня, он стал по очереди выбрасывать из комода вещи.
И мне обещал, тысячу раз.
— И хорошо. Надеюсь, эта попытка будет не напрасной, — я не хотела грубить, но слова сами сорвались.
— Намекаешь на то, что я алкоголик?
— Разве не так? — снова не сдержалась. Он сам меня провоцирует на правду. Стас прячется, не признаёт истины, если бы он сел напротив меня и сказал: Стася я алкоголик, давай решим вопрос вместе. Клянусь, я была бы самой счастливой девушкой на Земле. И тогда вместе мы бы обратились в центр помощи зависящим от алкоголя и ему бы, несомненно, помогли.
На мой выпад он не ответил. Однако я хорошо его знала, и заметила, как он напрягся. Ему не нравилось, когда я ставила под сомнение его здоровье.
— Что ты ищешь? — не выдержала я, и подошла. — Потерял что-то?
— Да. Не могу найти чёрные джинсы. Да по хрен на них, — захлопнул он комод, не вернув вещи на место, — может, поедим вместе? Ты голодна?
Вообще нет, перед отъездом из дома мама накормила меня до отвала, но нам надо поговорить. Возможно, еда отличный повод сесть за стол и наконец, расслабиться.
— Я что-нибудь закажу нам, — достала по привычке телефон и открыла приложение.
— Постой Стась, — забрал он смартфон из моих рук и положил на всё тот же комод. — Может быть, сегодня мы сами приготовим? То есть, я хотел сказать, мне надоела еда из доставки.
Я хмыкнула. Раньше его всё устраивало.