— Всё настолько ужасно? — поняла сразу Дашка.
Я прохрипела невнятное «ага».
— Ты пришла мне всё выложить, не передумала?
— Нет, — подняла я голову и стала выводить несуществующие узоры на сумке, — мне надо собраться. Пока я ехала, в голове было куча мыслей, а сейчас я опустошена.
— Да, и такое случается.
— Я часто предаюсь воспоминаниям из прошлого. Даже пока шла до кабинета не могла остановиться думать о том, как в школе всё было просто, — поделилась я. — Мне нужно было учиться и получать хорошие оценки, и всё. На этом обязанности заканчивались. Теперь же я студентка и у меня есть личная жизнь, которая рушится с каждым днём. Я пытаюсь её восстанавливать, но это невозможно. Будто бы я стараюсь воссоздать картину, которою сожгли и от неё остался лишь пепел. Даш я грежу о нереальном.
Она задумалась. Её опущенные глаза не успокаивали меня и не давали хотя бы ложной надежды.
— То есть ты считаешь это концом? — спросила она, не понимая меня и моих аналогий.
— Да. Нет. Не знаю, — покачала я головой, — я ни хрена не соображаю. И с ним нет жизни, и без него. Это вообще как? Это нормально?
— Могу предположить, что нет, — неуверенно повела плечом Дарья. — Ты знаешь Стась я не гуру отношений. У меня самой от случая к случаю происходит кавардак, но мы справляемся. Работаем над всем.
— Бекетов тоже? — не поверила я.
Даша — да, он — не может быть. Женя ещё хуже Стаса. Я так думаю.
— Ну, он делает попытки, — хихикнула Дашка, — иногда проваливает их, но чаще всего старается быть лучше. Я им горжусь.
— Даш скажи правду, ты когда-нибудь хотела перейти с ним на новый уровень в отношениях?
— Ты имеешь в виду замужество? — нахмурилась она.
— Типа того.
Колосова ответила не сразу, дала себе тайм-аут, чтобы подумать хорошенько.
— Хотела, но поняла, что нам пока что так удобно. Он доучивается в университете. Представляешь это его последняя сессия и всё, Женя сможет найти себе престижную работу.
— Каков мастак. И что будет после?
— Подожди Стась, мы говорим о тебе или о тебе завуалированной моей историей? — раскусила меня она, и я раздражённо откинулась на спинку стула. — Что у вас с Соловьёвым произошло? Почему он таскается по клубам с какими-то малознакомыми девицами? Неужели вы расстались?
— Мы съехались, — поразила я её, — но это ничего не изменило. Стас идёт бухать при первой же возможности. Стоит повысить голос, всё, драма, безумие, алкоголь и эта сука Катя.
— Катя? Это ведь имя той девушки да? — догадалась с ходу Даша.
— Ага, она его поцеловала, прикинь. Прямо у меня на глазах. Я вспылила, поняла, он не при чём, и огорошила его своим предложением о переезде. Посчитала, что так смогу контролировать. Но я дура Даш. Я настоящая дубина, — постучала я для наглядности по черепушке.
— Ревность самое мерзкое чувство, я тебя понимаю.
— Что мне делать Даш? — проигнорировала я её утверждение. Мне не до рассуждений о ревности и её последствиях. В последние пару недель я отчётливо прочувствовала их на себе.
— Стас много пьёт, вы скандалите, ещё и какая-то Катя вечно лезет. М-да, гремучая смесь.
— Спасибо подруга я осведомлена, — саркастично усмехнулась я скрестив руки на груди.
— Здесь поможет два варианта. Расставание или ультиматум, — развела руками Даша, — вижу по твоему лицу, что первый мы отбрасываем. Значит, поставь условия. Есть же что-то, что не устраивает твоего Стаса, вот и воспользуйся этим.
— Да есть кое-что, — сразу мне вспомнилось его вечное нытьё по поводу знакомства с родителями. Ох, блин! — А у вас с Бекетовым тоже были ультиматумы?
Даша прочистила горло. Видно было, что она не особо хотела распространяться по поводу своих отношений, но всё же решила, что в моём случае надо привести пример. Истинная учительница.
— Например: Женя пошёл учиться в университет, чтобы мы смогли жить дальше и не тужить, так сказать.