Сдав кровь, я отправилась на УЗИ. Женщина гинеколог осмотрела меня, перед тем как провести процедуру. Ничего путного она не сказала, зато ультразвуковое исследование показало наличие плода. От услышанного я заскулила и сжала в кулаки простыню.
— А я надеялась, — простонала, — почему так не вовремя.
— Нежелательная беременность? Что ж такое случается, — провела по моему живому врач специальным прибором, — предположительно пять недель. Вы сдали кровь?
— Да, — кивнула я, — можете записать меня на аборт?
Врач вздохнула и ещё раз провела прохладным прибором по низу живота.
— Не собираюсь отговаривать вас, решение за вами Анастасия, но послушайте внимательно, — она убрала прибор, и протянула мне салфетку, которой я сразу же стала протирать живот от геля. — Есть вероятность, что это ваш единственный шанс стать матерью. Я вас ни в коем случае не пугаю. Но удивлена, как вы смогли вообще забеременеть. Мы конечно проведём ещё ряд анализов, чтобы удостовериться, но пока я могу сказать, что это чудо. Однако, если вы в принципе не хотите никогда иметь детей, без проблем я могу записать вас на следующую неделю.
Слова врача поставили меня в тупик. Я так мало уделяла внимания своему здоровью, особенно женскому, никогда не задумывалась, что есть такая кошмарная вероятность остаться бесплодной, что теперь я находилась в ужасе. А что если действительно так? Я ведь мечтала о собственной семье и детях, только надеялась на это в будущем, а теперь, получается, из-за неосторожности я могу потерять вообще всё.
— Ещё раз оговорюсь: мы сделаем подробные анализы, и если они покажут патологию, тогда будете грустить, сейчас мы не уверены, так что не падайте духом Анастасия. Обговорите беременность со своим мужем, думаю, он вас поддержит в любом случае, — завершила врач.
Не поддержит, потому что у меня нет мужа. Как неприкаянный призрак я стала спускаться по лестнице на первый этаж, а в руках у меня находился снимок УЗИ. Не видя никого перед собой, меня чуть не сбил с ног парень. Подняв на него глаза, я не сразу узнала Матвея. Лицо его выглядело ужасно, но сейчас у меня и без него своих проблем хватает.
— Настя? Прости я не специально, спешил на приём. Твой парень мне нос сломал. Карма походу прилетела, — улыбался он, но заметил, что я смотрю на листок в руке, он присмотрелся и сам. — Ты что беременна?
— Давай уйдём? — почему-то попросила я его и взяла за руку. — Матвей, пожалуйста.
Не мешкая, он кивнул мне и покрепче сжав мою слабую ладонь в своей, повёл на улицу. Там мне не намного полегчало.
— Может доктора позвать? Ты такая бледная, мне страшно.
— Что мне делать? — зачем-то спросила его я. В голове было пусто, на душе тоже, а сердце… его не было вовсе, оно разбилось окончательно и не склеить.
— Ты не хочешь этого ребёнка? Или что? Скажи, я сам не разберусь.
— Я собиралась учиться в Лондоне, а утром рассталась со Стасом. А потом узнала что беременна. Матвей, я не могу никому ничего сказать, я подвела саму себя. Я хочу малыша, но….— Мои друзья слёзы пролились на глазах и Мацкевича.
— Ну-ну, — прижал он меня, к себе обнимая, — не плачь красавица, всё наладится. Хочешь ребенка, рожай, учёба не помешает. Родители поймут, да и парень твой вернется, когда узнает. Он же любит, я видел.
— Не вернётся, он не хочет ничего в жизни. Его интересует только он сам и эта долбанная Катя, — била я кулаками в грудь Матвея, а он терпел.
— Катя? — бровь его сошлись к переносице. — Что за Катя?
— Соседка. Она его целовала, уверена, скоро Стас обо мне забудет.
— Да разве тебя можно забыть Настёна? Ты же, как солнышко, такая яркая, как шоколадка сладкая и как весна живая, — целовал он меня в волосы, а я плакала.
— Почему ты такой со мной?
— Какой? — не считал он себя тем, кем считала его я, — я козлина Насть. Я клеветал на тебя. Не поверишь, как ненавижу себя за это. И что только на меня нашло?
Я подняла голову и посмотрела на него. В его искренние глаза, и улыбающиеся через силу губы. Положив ладони ему на плечи я приподнялась на носочках и прикоснулась своими губами к его. Легко и непринуждённо, как делают это подростки когда целуются впервые. Губы Матвея отличались от губ Стаса, они казались более мягкими и податливыми. Когда его руки обвили мою талию, я отстранилась.