Мы рассмеялись. Удивительно, но Бекетов умудрился отвлечь меня от тяжких мыслей и проблем. Сумел-таки заговорить зубы.
— Мы не о твоих грехах приехали поговорить Бекетов. Прояви немного уважения к Стасу. У него сложная жизненная ситуация. Да и посуди сам, кем бы ты стал, если бы не твоя математичка?
— Хочешь сказать, девушки решают за нас нашу судьбу? — воспротивился Жека, с чем теперь соглашался и я. Не верил, что залог успешной и счастливой жизни в хорошем партнёре.
Макс задумался. Отвечать сразу не стал. Ему пришлось подбирать подходящие слова, чтобы Жека не прицепился ещё сильнее.
— Вообще нет. Но если уж ты выбрал даму сердца, то будь добр соответствуй ей. Если понимаешь что она выше тебя по уму, то не пытайся казаться всемогущим, просто старайся показывать ей свою заботу и любовь как можно чаще. В вашем же случае, — посмотрел он сначала на меня, а следом и на Бекетова, — вы пытаетесь прыгнуть выше своей головы. Вместо того чтобы продолжать «душить» девушку ограничениями и обещаниями «я изменюсь», надо молча идти к цели. В конце концов, самосовершенствоваться никто не запрещал.
Я отнёсся к его умозаключению скептически. Жека, похоже, тоже. Его лицо театрально перекосилось. Это он умеет.
— Как много воды в твоих словах. Так и скажи что тебе удобнее под каблучком у твоей Регины, — не воспринял всё сказанное Бекетов и продолжил щёлкать семечки.
— Скажи мне, а где находишься ты Женя? Не там ли где и я? И что такого плохого находить под каблуком, если там вполне себе уютно? Женщины всегда были намного мудрее мужчин, и я полностью согласен с этим, поэтому не считаю важным унижать парней, которые слушаются своих возлюбленных. И кстати, — понесло Макса, — а как ты Жека назовёшь свою девушку, которая точно так же идёт на компромиссы ради тебя? Она тоже слушается в каких-либо аспектах, и делает, по-твоему. Если ты каблук, то кто она?
У меня сейчас мозги взорвутся. Ну спасибо друзья, теперь я вообще перестал думать обо всем на свете, кроме как назвать девушку, слушающуюся своего парня. Каблучиха? Нет, у пацанов чаще всего их нет. Подстилка? Нет, это из другой стези, да и унизительно. Удобная? М-да, звучит как подходящее название.
От нескончаемого монолога Макса, у Бекетова изо рта выпала семечка, и походу он сломался. То есть его мозг. Да что уж там, у меня крыша стала подтекать, боюсь представить, какие муки постигли моего недалёкого товарища.
— А ведь ты же был нормальным пацанчиком со двора. Помню, в школе тебя боялись больше чем меня, — стал копаться в прошлом Бекетов. — Даже я тебя обходил стороной. Ты же типа неадекват. Эх, теперь я понял, чем чреваты школьные драки. Тебя Максик много раз били башкой об стену, и ты превратился в женозащитника.
— Сейчас таких зовут феминистами, — вспомнился мне термин из интернета.
— Дебилистами жалко их не зовут, — был категоричен Жека, — я не против женщин, они мне капец как нравятся, но когда некоторые идиотки начинают нести чушь про волосатые подмышки мне становится плохо.
Макс осуждающе покачал головой, но отвечать, слава богу, не стал. Как две сороки, достали меня уже.
— Мы чего приехали братан, — выбросил всю шелуху прямо на песок Бекетов и поднялся-таки, отряхивая задницу. — Пончикозависимая тусуется сейчас у нашей семейной парочки, тебе стоит наведаться, и нарушить так, сказать идиллию. А ещё…
Макс подскочил и подбежал к Жеке, закрывая ему рот ладонью.
— Тихо Женечка, они сами разберутся, тебе не стоит лишний раз открывать рот. Из него итак валятся одни помои, — был весьма строг он к Бекетову.
Но Жека не промах, и со всей силы укусил Макса, да так что тот отскочил и стал размахивать больной рукой.
— Падла, — оскорбил он друга, — чтоб тебе клещ в жопу залез.
Бекетов изобразил, будто бы здесь плохо пахнет и вернулся ко мне.
— Погнали Стас, поговоришь со Стасей, и думаю, вы помиритесь. Она скучает по тебе. Я всегда вижу, что люди чувствуют. А ещё у неё для тебя сюрприз папаша. — Он подал мне руку, а я посмотрел на неё как на что-то пугающее, гиену огненную.
Катя утверждала, что Стася беременна. А что если….
ГЛАВА 38. Стася
Сразу после «фееричного» расставания со Стасом, я больше не могла оставаться в квартире Мацкевича. Он хоть и предлагал, заботился и обещал не тревожить, но я всё равно считала себя обузой. Мы с ним по сути никто друг другу, и пользоваться чужой добротой в угоду себе и своим желаниям я не могла. Родители меня воспитывали иначе. Сколько бы Матвей не пытался меня переубеждать, я стояла на своём. Боялась, если останусь, он захочет большего, чем просто соседство, а к новым отношениям я пока что не готова. И всё это не выдумки, Матвей слишком упорно показывал свою расположенность ко мне и пытался ухаживать. Я не дура, парни так часто делали, тот же Шуйло, хоть и боялся подойти и признаться напрямую, однако его действия говорили сами за себя. В общем, крутить роман с Мацкевичем я не планировала, по крайней мере, не в период моей беременности. Сейчас я совсем перестала себя понимать, чего хочу, как буду жить, что делать, ничего — пустота.