— Ты, наверное, хочешь узнать, почему Александр Сергеевич сам за тобой не приехал? — Элек опять кивнул. — Он не может. У него проблемы с властями. В юности он вообще документы подделывал, его потому и прозвали — Штамп. Стамп теперь. Ну и других правонарушений хватает. А вообще он учёный кибернетик. Талантливый, раз тебя создал. Только сейчас больше другими делами занимается. Живёт в Литве, под Вильнюсом. Мы туда на байке поедем, но сначала ко мне домой зайдём — передохнуть и помыться. Дорога-то дальняя, часов десять ехать. И на таможне в Ивангороде ещё стоять. Может, ты поспишь пока? — Электроник отрицательно замотал головой. — А есть хочешь? Ты можешь глотать и жевать. Только говорить не можешь. Может, тебе обезболивающее дать? Тут есть, — клушничал над своим пленником Мик, но Эл на всё отрицательно качал головой.
Тогда Урри стал развлекать Электроника всякими историями из своей жизни. Рассказал, что хочет открыть бар и быть его единоличным владельцем, без привлечения инвесторов и заёмных средств. Сказал, что как только у него наберётся необходимая сумма, он распрощается со Стампом и закон нарушать не будет. И ещё много всякого болтал, все три часа полёта. Эл слушал его внимательно, в нужных местах «говорил» «да» и «нет», а когда Мик проводил рукой по его щеке, закрывал глаза. От удовольствия.
Когда, наконец, самолёт благополучно сел на один из аэродромов запада Ленинградской области, Мик всё так же на руках вынес Электроника из самолёта, осторожно опустил на траву рядом с уже ожидавшим их байком, отошёл на пару метров и незаметно нажал вторую кнопку на браслете-блокираторе. Элек тут же встал, прокашлялся и уже хотел сказать много всего «хорошего» в адрес своего похитителя, но потом подумал, что взывать к совести, предъявлять претензии и угрожать человеку, который может тебя вырубить одним щелчком пальцев даже на расстоянии, как-то бессмысленно. Поэтому он просто стоял и зло сверлил глазами Урри. Ну, это он так думал, что зло. У Мика его вид вызывал почему-то только умильную улыбку.
— Садись, — Урри протянул шлем Электронику, — через час будем у меня дома, — Элек уселся на пассажирское место и по дороге стал обдумывать план — ему необходимо было найти и завладеть блокиратором. Знать бы ещё, что из себя эта штука представляет.
Когда они вошли в квартирку Мика, уже начинало светать. А путешественникам хотелось есть и спать. Даже Электронику, который спал мало и был выносливее обычного человека.
— У тебя дорогой мотоцикл и такая маленькая квартира, — удивился Электроник, разглядывая тесную студию с аскетичной обстановкой. Здесь даже спать негде, — в комнате стоял только небольшой диван, и Элек поморщился, представляя каково ему придётся лежать на твёрдом полу — тело после падения до сих пор болело.
— Не переживай, диван раскладывается, мы поместимся, — подмигнул ему Урри, — а вот байк не мой. Я должен его вернуть шефу. Вот открою бар, он начнёт прибыль приносить, и я куплю себе такой же! Или даже лучше… — мечтательно произнёс Мик. — Ладно, дуй в душ, а я еду закажу. Потом спать пойдём, — зевнул Мик и принялся изучать в телефоне меню службы доставки.
Электроник побрёл в ванную, запустил стираться свою изгвазданную в земле одежду, благо машинка с сушкой была, и встал под душ. Ссадины на руках и ногах щипало, пластырь, пока он мыл голову намок и под ним закровило. Элеку вдруг стало себя жалко. Впервые в жизни. Он хотел домой, к профессору и Маше. А больше всего ему хотелось опять увидеть Серёжу. Странно, они расстались-то всего полдня назад. Когда он вышел из душа, то увидел Мика, сидевшего за столом, уставленным «яствами» из ближайшего Макдональдса, и наглым образом набиравшего что-то в телефоне Электроника.
— Мик, — строго сказал Электроник. — Верни мне мой телефон. И вообще, что и кому ты там пишешь?
Урри вместо того, чтобы отдать владельцу аппарат, скомандовал:
— Улыбайтесь! Вас снимает скрытая камера, — Эл демонстративно скрестил руки на груди, нахмурил брови и постарался придать себе максимально грозный вид. Мик щёлкнул камерой телефона и глупо хихикнул. Очевидно, стоящий в одном полотенце на бёдрах и с мокрой головой, Электроник не произвёл на него должного впечатления. — Я профессору твоему пишу, чтоб не волновался, что ты, мол, у друзей задержишься и фотку ему твою отошлю. Чтоб знал, что ты жив-здоров. А ты рожи корчишь, — опять улыбнулся Урри. — Ладно, садись, поешь.
Натянув на себя «гостевые» трусы и приклеив на лоб новый пластырь, Эл принялся за еду.
— А сам ты чего мыться не идёшь? — поинтересовался у Мика после трапезы Электроник, — он не оставлял мысль обыскать вещи Урри пока тот будет под душем. Вряд-ли же он с блокиратором под воду полезет.
— Да вот сейчас и пойду, — пожал плечами Мик. — А ты ложись пока, — кивнул он в сторону расстеленного дивана.
Гора одеял и подушек выглядела довольно соблазнительно для уставшей и травмированной биологической части андроида. Он зарылся в них почти с головой, блаженно вытягивая конечности под прохладным постельным бельём, уткнулся лицом в подушку, собираясь изобразить сон и тем самым усыпить бдительность своего похитителя, и… понял, что не может пошевелиться. От досады хотелось выругаться, опять же, первый раз в жизни! Но Электроник ожидаемо онемел.
— Извини, малыш, — на этот раз без всякого сожаления, даже скорее с усмешкой, сказал Урри, — но ты же понимаешь, я пока не могу оставить тебя без присмотра, — он перевернул Элека на спину, чтобы тот мог свободно дышать, придал ему более удобную, на свой взгляд позу, поправил одеяло. И чмокнул в кончик носа. — Спи, отдыхай, — проигнорировав недоуменный взгляд андроида, Мик пошёл в душ.
Электроник не знал что и думать. Урри вел себя странно. Слишком уж ласково и заботливо для похитителя. Несмотря на щекотливую ситуацию и периодически применяемые к нему средства физического воздействия, Элек Мика совершенно не боялся. А от его прикосновений буквально таял — не иначе как сказывался тактильный голод. За год с лишним существования, никто Электроника не обнимал и не гладил. Только Серёжа иногда, но он с ним так мало общался!
В то, что Стамп может причинить ему вред, Электроник тоже не верил. Всё-таки, он понимал, что представляет собой уникальный и поэтому слишком ценный объект, портить или уничтожать который по меньшей мере глупо. Но найти блокиратор всё-таки стоило — чувствовать себя на половину овощем было противно.
Из ванной вышел Мик, стал сушить волосы феном, а Элек чуть шею себе не свернул, пока разглядывал стройное мускулистое тело, облаченное в тонкие боксеры. «Красивый он, — подумал Эл, — И я, наверное, тоже. Потому что я — копия Серёжи. А он очень красив». Мик тем временем выключил фен и стал забираться на постель. Переползая через Эла, он завис над ним, опираясь на локти, и шёпотом в самое ухо сказал:
— Чего не спишь-то? — у Электроника от его голоса и ощущения горячего дыхания на своей шее по телу пошли мурашки и почему-то бросило в жар. Видимо, Мик заметил его реакцию. Он повернул к себе голову андроида, вплотную приблизился к его губам и легко поцеловал, едва коснувшись своими губами. Немного отстранился, внимательно вглядываясь в раскрасневшееся лицо своего пленника, который абсолютно чёрными глазами смотрел на него и, немного приоткрыв рот, пытался сам приподнять голову. Какие-то выводы Урри для себя всё же сделал, потому что спустя мгновение, он уже с жаром впивался Элеку в губы, буквально вылизывая его рот изнутри. Электроник, который никогда в жизни не целовался и делать этого не умел, очередной раз продемонстрировал чудеса обучаемости — со всей, не понятно откуда взявшейся страстью, отвечал на поцелуй, игрался с языком партнёра, поочерёдно то засасывал, то легко прикусывал его губы и всеми своими ограниченными на данный момент возможностями демонстрировал полное одобрение действий Мика.