Но когда Электроник с Миком, надев на лицо запасенные предусмотрительным Урри маски, открыли помещение в башенке, их ждал ещё один сюрприз — на мальчиках, которым действительно было от пятнадцати до семнадцати лет были ошейники, и при попытке покинуть помещение их било током, как и при попытке эти ошейники снять. С недавних пор особо понравившихся юных любовников Юргис сажал «на цепь», время от времени используя их для своих извращённых утех. Контролировал своих наложников он с помощью ошейников, которые не позволяли без команды хозяина покинуть помещение, а также использовались в качестве инструмента наказания. Неопасный для жизни, но болезненный разряд бил мальчика всякий раз когда Ванагас нажимал на кнопку на своём пульте управления.
Провозившись ещё час, Элек всё-таки освободил перепуганных пленников с минимальными для них мучениями, а Урри вернул им документы и даже выдал каждому некоторую сумму наличными. В полицию парни идти не собирались, но Мик был уверен в том, что именно туда они и пойдут — им надо было как-то вернуться домой, а сделать это самостоятельно в их возрасте не так просто.
— Всё, Эл, — сказал Урри Элеку, когда бывшие рабы покинули Замок через один из запасных выходов, — больше задерживаться нельзя — Стамп заподозрит неладное и явится сюда лично. И вряд-ли один. Сейчас я передаю картины ребятам и под предлогом проблем с сигнализацией возвращаюсь к тебе. А ты ждёшь меня в большой гостиной. Заодно этого старого пердуна проведаешь, чтоб он кони не двинул раньше времени.
Однако, когда парочка взломщиков-грабителей вошла в зал, где привязанный к стулу сидел Ванагас, как-то странно опустив голову, их ждал ещё один сюрприз. Александр Сергеевич, обеспокоенный долгим отсутствием подчинённых и невнятными ответами Урри по телефону, решил проследить за ходом операции лично.
— Дорогой шеф! Мы только что закончили, — расплылся в улыбке Урри, и еле заметно шепнул Элеку, — у него оружие, вырубай аккуратно.
— Сколько можно возиться, Урри? Больше пяти часов прошло с момента вашего отъезда. Всё приходится контролировать лично, ни на кого положиться нельзя! За что я вам плачу только?! — ворчал Стамп изучая содержимое тубуса. — А ты, мой мальчик, молодец, я горжусь тобой, — обратился он уже к Электронику. Пойдём в машину, Электроник, уже поздно, сегодня был тяжёлый день.
А Электроник вдруг понял, что не может поднять руку на своего создателя. Светловидов прописал в его программном коде невозможность идти против него и Громова. Постепенно на Элека накатывала паника, он понимал, что, если ничего не предпримет, то надолго, если не навсегда останется со Стампом. Вся человеческая суть Электроника восставала против такой перспективы, но как обойти программу, которая была запущена в его электронной части? Робот не может взломать или обойти собственные алгоритмы управления.
— Я не могу, Урри… программа не даёт, — со слезами на глазах прошептал Элек.
Подозрительные переглядывания и перешептывания Мика с Электроником не прошли для шефа незамеченными. Он бы и не добился высокого положения в преступном сообществе, если бы не держал всегда ухо востро и не ожидал бы предательства даже от ближнего круга и удара в спину от любого члена своей банды.
И прежде, чем Урри смог нанести Светловидову какой-либо ущерб, Стамп выхватил свой пистолет и приставил его к виску Мика.
— Итак, мальчики, не хотите ли посвятить меня в свои планы? — поинтересовался Александр Сергеевич у присутствующих. — Надеюсь, мне не была уготована вами печальная судьба моего дорогого друга Юргиса?
Мик прикрыл глаза и старался успокоиться. Стампа он побаивался и когда тот был менее вооружен, не то, что сейчас. А Электроник непонимающе уставился на своего создателя.
— Ты, мой дорогой, на это не способен, я в своё время позаботился о нашей с Витей безопасности, — почти ласково глядя на Электроника, усмехнулся Светловидов, — а вот малыш Урри, — тон его сделался жестким, а ствол больно уперся Мику в голову, — мог.
— О чем вы? Я не понимаю…
— Электроник, как вы убили Ванагаса? — прямо спросил Стамп.
— Что? Почему убили? Его никто не убивал! — ужаснулся Элек. — Он просто связан. Мне не удалось ему подмешать снотворное, и я его зафиксировал…
— Да? Подойди к нему, Элек. Пощупай пульс, проверь зрачки, дыхание, тургор кожи. В тебе заложены данные, позволяющие определить жив ли человек и даже приблизительное время смерти. Вперёд, мой мальчик!
Электроник на негнущихся ногах подошёл к привязанному к стулу человеку, проделал все необходимые манипуляции и замер.
— Он мёртв… Но… я не убивал его! Я просто связал… Он был жив, когда я это делал. Клянусь!
— Связал, заклеил рот, завязал глаза и оставил так на несколько часов. Немолодого и, видимо, имеющего проблемы с сердцем человека. Очевидно, придя в себя, ничего не видя, не имея возможности кричать и двигаться, он запаниковал. И через некоторое время у него случился сердечный приступ. Впрочем, я не виню тебя, мой друг, — улыбнулся Электронику Стамп. — Ванагас был редкостной скотиной.
— Раз я виноват, я сам пойду в полицию. Или просто подожду её здесь. Думаю, они скоро будут, — твёрдо сказал Электроник.
— Что? Не дури, Элек! — Ты ни в чём не виноват, это вышло непреднамеренно! — на этот раз ужаснулся Стамп. — Пойдём скорее. А с этим кадром, — он больно сжал рукой челюсть Мика, разворачивая его голову и заставляя смотреть себе в глаза, — у меня будет отдельный разговор. Не сомневаюсь, это он тебя подговорил кинуть меня. Да, Урри? Что молчишь?
— Оставьте его! Это я всё придумал. И я в любом случае не поеду с вами!
— Поедешь, Электроник, куда ты денешься? — вздохнул Светловидов и нажал на кнопку браслета. Точно такого же, какой был в своё время у Мика. Не хотел он так поступать со своим детищем, но ситуация требовала решительных мер. Всё ещё держа Урри на мушке, Стамп достал телефон, чтобы позвать своих людей, как вдруг…
После того как Стамп нажал на кнопку блокиратора, Электроник рухнул как подкошенный. Он лежал на полу, в силах лишь крутить головой и слабо дёргать конечностями. В какой-то момент ему удалось прижать нужным образом запястье к полу, и его собственный модернизированный браслет, который он прятал под одеждой и снял лишь раз — во время своего недавнего выступления, сработал. Возможность полноценно двигаться и говорить мгновенно вернулась к андроиду, он вскочил и направился к Стампу, намереваясь как-нибудь защитить Мика. Обескураженный таким поворотом событий Александр Сергеевич на пару секунд потерял бдительность, чем тут же воспользовался Урри, выбив у него пистолет и взяв уже своего шефа на прицел.
— Скотч, Эл! — скомандовал Урри. — Вяжи его, у нас мало времени.
— Я не смогу… он — мой создатель, — Электроник был в отчаянии.
— Сможешь, — уверенно сказал Мик. — Ты человек, Эл. Не машина. И ты сможешь.
«Тварь ли я дрожащая или право имею?» — всплыла в памяти Электроника фраза из бессмертного произведения великого классика, которое, если он сделает правильный выбор, Электроник будет проходить вместе с одноклассниками в этом учебном году. Только вот всю глубину моральных терзаний Родиона Раскольникова андроид прочувствовал на собственной шкуре прямо сейчас. И понял, почему Родион не смог поступить иначе. К счастью, самому Элеку никого убивать не надо было, это значительно облегчило его внутреннюю борьбу, и нужный программный модуль был взломан. Электроник взял скотч и менее, чем через минуту рядом с покойным господином Ванагасом на соседнем стуле восседал его здравствующий коллега «по цеху» — Алекс Стамп.