- Ау, - отодвинула руку и зажмурилась от резкой боли.
Ладонь стала не просто шершавой, а очень грубой и даже где-нигде колючей. Зачерствелая кожа местами отслоилась и торчала острыми зазубринами. Даже сжимать и разжимать пальцы было неприятно и неудобно.
– Во что я вляпалась? – снова подняла руку к глазу, но остановилась на пол пути. Не хочу разодрать его, лучше пусть просто чешется.
Медленно поднялась, потянулась во все стороны. Я не дойду, - было единственной мыслю за все утро. Дышать стало труднее, плечи и шея очень напряжены и затекли, а в ногах ощущалась небольшая дрожь. Умываться в чистой речной воде совершенно не было сил. Надо просто идти. Только вперед. Не останавливаться.
Глубоко вздохнула и пошла. Не завтракала, не переплетала волосы. Просто потопала, еле передвигая свои ноги. Да это пытка настоящая. Никогда в жизни больше не загадаю ни одного желания.
Хотя спала сегодня долго, но из-за усталости глаза снова и снова слипались, заставляя голову периодически падать вниз под своей тяжестью. Моя матерчатая сумка тянулась за мной по земле, так как повесить на плечо не поднялась рука.
- Дайте мне коня, пожалуйста. Или ослика.
В очередной раз, когда уснула на ходу, под ноги попался твердый предмет, заставивший упасть и покатиться кубарем вниз по склону прямо в воду. Летела очень быстро, пытаясь осмыслить происходящее. Но только окунание в канал полностью отрезвило мою голову и позволило проснуться. Там, лежа спиной на каменистом дне, почувствовала, как сильно печет нога и вся ладонь. Повезло, что берег был мелководным и не пришлось еще бороться с глубиной. Ее бы я точно не преодолела.
Приподнялась, медленно выползла на сухую землю и проверила болезненные места на своем теле. Рука была полностью разодрана и кровоточила из множества ранок, а в ноге торчала небольшая обломанная палочка. Можно ее выдирать или нет? – наклонилась к ней и посмотрела место соединения с моей коже. Сжала челюсть и резко выдернула огромную занозу размером с два больших пальца в толщину из моей ноги.
- А-а, - не смогла сдержать громкий грудной крик, после чего сильно закусила свой кулак.
С ноги сразу же потекла большая темно-бордовая струйка крови. Идиотка, надо было сначала найти чем обвязать, - прижала здоровую ладонь к ране и осмотрелась по сторонам. Сумку рядом не нашла, поэтому пришлось разорвать низ моей рубашки. Даже с ней справиться удалось не с первого раза. С кровоточащей трясущейся правой рукой это оказалось очень сложно.
Подползла обратно к воде, окунула туда ногу, сдерживая стон, и потом плотно обмотала небольшим куском материи. На пораненную руку ткани не хватило. И так мой живот остался полностью голым, выше рвать было никак нельзя.
Еле поднялась, прыгая на одной ноге, взобралась по выступу и осмотрелась, чтобы найти свою сумку. Она осталась лежать у небольшого камня, за который скорее всего я и зацепилась.
- И как мне идти дальше? – не сдержала слез и села возле своей сумки. Смотрела на свою окровавленную руку и не понимала, откуда столько за два дня неприятностей могло свалиться на мою голову.
Надо было остаться с Хавидом и плюнуть на дурацкий поход. С пораненной ногой я не доберусь даже до середины своего пути. Кентавр говорил, что идти минимум дней пять. И это с его четырьмя копытами и небыстрой рысцой. Какой из меня скакун четвероногий? Одна конечность осталась целая.
Поднялась после недолгих тихих рыданий, обреченно вздохнула и с тащащейся снова по земле сумкой медленно попрыгала дальше. Толку сидеть и реветь? Я могу и в пути это делать. Теперь оставалось смотреть лучше под ноги, то есть ногу. Второй могла ступить только на носочек, и поэтому основная тяжесть постоянно приходилась на левую.
Не знаю, сколько времени я так проковыляла, но силы для такого рода перемещения вскоре закончились, поэтому решила найти тихое местечко и там передохнуть.
Правда взгляд наткнулся на что-то черное недалеко от меня в траве. И это совершенно не камень и не грязь. Оно живое! Я заметила небольшое шевеление. Недолго думая, с максимальной своей скоростью направилась к неизвестному существу.
- Мама, - охнула я, рассмотрев животное поближе.
Черная огромная кошка с пушистым хвостом и чем-то на подобии ранее густых крыльев лежала на земле полностью окровавленная, а из виднеющихся ребер слышались громкие хрипы. Вся ее морда, лапы, спина были сильно изодраны. Животное посмотрело на меня темно-красными глазами и потом закрыло их, словно смирившись со своей смертью и приготовившись уйти в мир иной.