— Полотенце. Полотенце я несу. — Шинки взял полотенце, кинутое ранее на диван, и направился на кухню. Там уже начинала подгорать еда, потому мужчина начал поспешно мешать овощи и морепродукт на сковороде, а также залил необходимым по рецепту количеством воды и накрыл крышкой. Сарада приблизилась к Шинки, пытаясь ухватить его за плечо. — Не смей так говорить о Боруто! Он мой друг и товарищ! А ты… ты просто не понимаешь, как тяжело быть Хокаге!
Шинки резко отвернулся от плиты, брызнув кипящим маслом. " Это я-то не понимаю?! Да я всю жизнь готовился к роли казекаге, а сейчас… По чьей-то милости я тут. — произошла пауза, где Сарада пыталась как-то невнятно оскорбить суновца, но мужчины успокоился и продолжил:
— А я и не говорил, что понимаю! Но я понимаю, что сегодня день рождения нашей дочери! И что ты напилась как свинья, вместо того чтобы быть с ней! Ты хоть представляешь, как она расстроена?
— Я… я хотела как лучше… — пролепетала Сарада, опуская голову. — Мы просто отмечали… важную миссию…
— Важную миссию? — Шинки усмехнулся. — Пьянство в баре — это теперь важная миссия? Или тебе просто нравится проводить время с Боруто больше, чем с собственной семьей?
Сарада замолчала, не находя что ответить. В ее глазах появились слезы. Шинки тяжело вздохнул и отвернулся к плите. Он не хотел ссориться с ней, но ее поведение выводило его из себя. Особенно сегодня.
— Ладно, забудь, — пробурчал он, помешивая готовящееся блюдо. — Просто иди проспись. А я займусь детьми. И поищу наш настоящий подарок. Надеюсь, ты его просто где-то забыла.
— Нет! Я просто так это тебе не оставлю! Ты не смеешь оскорблять меня!
— Когда это я тебя хоть раз оскорбил?! Я лишь сказал правду, которая тебе не нравится. — Сарада сжала кулаки, пытаясь сдержать гнев.
— Я — Хокаге! Я спасаю эту деревню каждый день! А ты сидишь тут и ноешь, как тебе тяжело! Может, тебе нужна жена, которая будет смирно сидеть дома на цепи с ужином и счастливыми детьми?! Ты знаешь, что я не такая! Да и… Ты хоть представляешь, какое давление я испытываю каждый день?
— Да какое там давление, Сарада? — Шинки наконец выключил плиту и повернулся к ней. Он понимал, что это он тут как раз таки «жена на цепи с горячим ужином и счастливыми детьми» — Давление — это когда ты жертвуешь своими детьми ради какой-то сомнительной миссии, ради пьянки с дружками? Ты хоть раз подумала о том, как Милико себя чувствует? О том, что ей нужна мать, а не Хокаге в стельку пьяная? — Сарада задохнулась от возмущения.
— Ты… ты не имеешь права так говорить! Я делаю все, что в моих силах!
— Нет, Сарада, ты делаешь то, что тебе хочется. А потом прикрываешься званием Хокаге, чтобы оправдать свои поступки. Но знаешь что? Перед своими детьми ты не Хокаге, а просто мать. И сегодня ты эту роль провалила. — Шинки обошел жену и направился к двери. — Я посмотрю, что там с детьми. А потом пойду на улицу, и, если найду наш подарок, можешь считать, что тебе повезло. Если нет… даже не знаю, что будет.
Сарада осталась стоять посреди кухни, не в силах вымолвить ни слова. Слезы ручьем текли по ее щекам. Она чувствовала себя ужасно. Виноватой, несчастной, одинокой. И самое главное — она знала, что Шинки прав, но, понятное дело, это очень не хотелось признавать. Неужели она делает детей несчастными? Она никогда не задумывалась об этом, ведь, Когда-то и сама страдала от этого. Она не хотела такого для своих детей, особенно для своей маленькой дочери Милико.
Сарада помнила, каково это, расти, по сути, только с одним родителем, да и та постоянно пропадала на работе. А сейчас она поступает точно также, только со своими детьми. Она не хотела этого, точно не этого, но в последнее время она не узнавала саму себя. Постоянно ей хотелось выпивать, но не просто выпивать, а выпивать с ним… С тем, кого любила всю жизнь, но его репутация не позволяла им быть вместе, до определённого времени. Он пришёл всего-лишь через три года после их с Шинки свадьбой. Тогда у них уже был первый сын, Кэзуки, и вновь вспыхнула она, угасшая любовь. У них и так были не самые лучшие отношения с Шинки, но потом… Ах, её настоящий любимый был прекрасен, она любила его всем сердцем, но теперь они не могли быть вместе. Если бы не этот ребёнок… Они бы могли запросто развестись, хотя, запросто, это сильно сказано. Всё таки, наследница клана Учиха скандально разводится с сыном Казекаге ради бывшего отступника Узумаки Боруто… Но это было бы намного лучше чем то что есть.
Вот, Шинки переодел домашнюю одежду и собрался на улицу, но Сарада вновь вмешалась.
— Ты… Куда ты пошёл? Я тебя не отпускала!
— Приказывать будешь своим подчинённым, а я — твой муж. И это я тебя никуда не отпускаю.