— И, отвечая на твой вопрос, я тоже не мог поверить, что мой первенец на самом деле не мой. Но факт в том, что она переспала с этим… неуважаемым мной человеком незадолго до нашей свадьбы.
— Но как ты узнал, что мы не твои дети? Мама сама сказала тебе?
— Конечно же нет. Я сдел тест ДНК, оттуда и узнал всю правду.
— Теперь ясно, почему за последний год твоё отношение ко всем нам так изменилось. Теперь ты явно будешь любить меня меньше или вообще не будешь, так ведь, Шинки? — тут Шинки словно пробило насквозь. От шока он «завис» и не заметил как сигарета настолько истлела, что обожгла ему пальцы и он со злостью сбросил её вниз с балкона «Как этот щенок смеет так ко мне обращаться? Я ему что, не отец больше? А, ну да, конечно. Теперь ведь у него другой папка, да? Ну, если ему что-то не нравится, то пусть к своему папаше и валит… Так… Стоп… Успокойся… Это всего лишь ребёнок. Он просто не понимает что говорит из-за шока… ДА НИХРЕНА! ОН НИКАКОЙ УЖЕ НЕ РЕБЁНОК И ПРОСТО НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ТАК СО МНОЙ РАЗГОВАРИВАТЬ!!!.. Черт… Я опять сорвался… Главное сейчас проверить, что сейчас с Кэзуки и не навредил ли я ему в приступе ярости» Но с мальчиком всё было в порядке. Он также стоял и смотрел на отца, но в его глазах читался страх. Когда Шинки посмотрел на свои руки, положенные на пирила, то понял, что он погнул ограду, причём сильно.
— Вот черт… Надо постараться сделать её обратно. — мужчина попытался выпрямить ограду, но у него получилось очень криво
— Кхм, ладно, пока и так пойдёт. — он обратил внимание на парня и спросил: — Ну так… ты хочешь ещё что-нибудь спросить?
— Думаю, что да.
— Ну, спрашивай. — как-то нетерпеливо проговорил Шинки, он заметно нервничал — что ещё хочешь узнать?
— Почему ты всё ещё не говорил матери о том, что знаешь об измене?
— Ох, ну, понимаешь… В этом не было смысла. — мужчина вновь оперся о перила, только уже в другом месте, и смотрел вдаль, где уже загорался рассвет.
— Как это не было смысла?
— Потому что нам оставалась только участь терпеть друг друга. Я давно знал, что она спит с Боруто, что не любит меня, а она знала что я не люблю её. Ну вот, поймал бы я её на измене, а дальше что? Понятное дело развод, деление имущества, разделение вас, Кэзуки. Наши родители бы не простили нам того, что мы разрушили союз деревень. Я переживал за вас всех, понимаешь?
— Возможно. Я пытаюсь понять тебя, Шинки. — это снова резануло слух Шинки, но в этот раз, он сдержался и не перегнул перила.— Но, почему ты всё ещё называешь нас своими детьми? Почему не отрекаешься?
— Это глупый вопрос. Понимаешь, кем бы ни был ваш биологический отец, для вас родным буду я. О вас всегда заботился я, а не Боруто. Я был рядом, утешал, растил вас. Я! А не он… — парень изменился в лице. Кажется, он начал менять свою точку зрения, что перевернулась для него с ног на голову. — Пойми же, кто бы ни был вашим отцом, для меня вы всегда будете родными. Вы выросли на моих глазах, бывали в разных ситуациях, но я всегда вас любил и буду любить не смотря ни на что — Шинки подошёл и обнял сына, казалось, что Кэзуки смягчился и начал принимать точку зрения отца, но… в следующее мгновение он мягко, но настойчиво оттолкнул мужчину.
— Я… Мне нужно всё обдумать, о том что ты наговорил мне сегодня, Шинки. — и вновь его сердце пропустило удар. Ведь Шинки искренно его любит как собственного сына, даже учитывая обстоятельства, что он подросток, это не даёт ему права так говорить со своим… Ладно, пусть говорит как хочет. Всё равно скоро его ждёт не такая сладкая жизнь, как до это. А солнце уже начало освещать улицы, покрывая дома оттенками красного и бардового, с привкусом желтизны яркого света. На щеках Шинки заблестели прокатившиеся слезы. Он вспомнил первые мгновения жизни своих детей, их первые шаги, первые слова, их счастье и радость, когда они проводили время все вместе. Он обхватил своё лицо руками и вновь слезы покатились из его усталых глаз. Как черт возьми к этому пришло?
— Черт, заболтался я тут с ним… — пробормотал мужчина, вытирая уже почти высохшие дорожки слез с лица — Даже поспать времени не осталось, а ведь скоро уже идти на собеседование…
---
В это время в комнате на кровати лежал Кэзуки. Он хотел забыть весь этот диалог как страшный сон, но не мог. Он даже заснуть то не смог. Он не мог нормально обдумать ситуацию, всякие мысли спутывались в голове в непонятный комок вопросов и обвинений. Он тоже вспомнил свои счастливые моменты жизни, проведённые с отцом, он не знал что ему чувствовать, как ему реагировать на всё происходящее. По щекам потекли солёные капельки слез. В них смешались боль и отчаяние, которого было уже настолько в избытке, что они выливались в слезах. Тут дверь открылась и мальчик быстро вытер лицо от слез и отвернулся к стене. Шинки с горечью вздохнул, глядя на это и, оставив что-то на столе, ушёл. Парню было интересно, что же он там оставил. Перевернувшись и встав с кровати он подошёл к столу и увидел что на столе стоит завтрак. Конечно, он был куплен в ближайшем магазине, но этот жест показался парню необычайно милым? Что-ли? Он с удовольствием съел свой завтрак и решил поинтересоваться, что же написано в записке.