— Был, господин стражник. Как не быть-то? Только вот перепил я однажды, а утром глядь — нет барашка.
— Ага, — радостно осклабился этот мудак, — ну что же, я все понимаю, дело молодое, сам таким был. Но ведь закон есть закон, и мы тебя ну никак не можем пустить без грамоты мастерового. Сам понимать должен.
Ага. Знакомая песня. Вот почему те, кто должен охранять наш покой, настолько одинаковы во всех мирах? Что это? Профессиональная деформация? Или просто суть такая у людей, что мы по-другому не можем?
Ладно, все это философия. Сейчас о другом думать нужно. Тонкий намек на толстые обстоятельства я понял правильно. Стража хочет на лапу. Теперь оставалось решить другой вопрос. Нет, не давать или не давать. Тут вариантов-то и нет, по сути. Давать пришлось бы в любом случае. Так как без этого, трижды проклятого барашка, меня бы не пустили ни в один крупный город. Те же Вохштерн и Фельзен не в счет.
Первый — город свободный и там правят бал деньги и подобная бюрократия никого не волнует до тех пор, пока перед носом не замаячат реальные деньги. Вот вздумай я осесть там, у меня бы грамоту обязательно потребовали. А до этого всем пофиг кто я и что я.
В Фельзене же была ярмарка, на которую разный люд приезжает. Да и появление виконта, тоже избавило от лишних вопросов.
А тут так не получится. Не пустят без барашка. Значит, придется платить. Но сколько? Заплатишь мало — упекут в каталажку за дачу взятки. Заплатишь много — проблем не оберешься. Эх, не хватает у меня местных, самых бытовых, знаний. Не представляю я полностью ценности местной валюты.
Но ждать больше нельзя, вон, уже беспокоиться начали. Не понимают почему я не реагирую на такой толстый намек.
— Конечно-конечно, — улыбнулся, наконец определившись с суммой, — закон превыше всего. А если, скажем, я войду не как мастеровой, а как ученик? А потом подтвержу квалификацию у местного мастера? Так же можно? И закон мы никакой не нарушим, — говоря это я, как бы ненароком коснулся своего псевдо-кошеля (ну не выставлять же финансы на всеобщее обозрение, в самом-то деле) висевшего, как и положено по местной моде, у меня на поясе.
— Ну-у-у не знаю, — протянул стражник, украдкой поглядывая на своих товарищей. Затем, видимо получив от тех какой-то знак, тут же добавил:
— Да, пожалуй, это будет лучший вариант. Ты сказал, что ты горшечник? Пойдем, отойдем в сторонку, я объясню, где найти хорошего и понимающего горшечника. А то вон, уже очередь собирается. Непорядок.
Я облегченно вздохнул. Что ж, теперь самое легкое и сложное одновременно. Я спешился, и мы отошли немного в сторону. Стражник шел рядом со мной. В какой-то момент наши руки соприкоснулись и из моей ладони в его перекочевала золотая монетка.
— Ну как, я могу идти? — с милой улыбкой поинтересовался я, когда понял, что стражник, удивленный размером взятки (монета была всего одна, а золото намного тяжелее серебра) пораженно замер и украдкой, так чтобы больше никто не заметил, пытается рассмотреть действительно ли я ему отдал целый золотой. Не сумел, сделал вид, что закашлялся и поднеся руку с зажатой в ней монетой ко рту, незаметно, как ему казалось, проверил ее на подлинность.
— Да, езжай, — наконец взял он себя в руки, — все в порядке.
Я хмыкнул, после чего ловко, как истинный ковбой, вскочил в седло и двинулся прочь от воротного проема. И что самое гадское — еще некоторое время чувствовал, как спину мне буравит чей-то оценивающий взгляд. Видимо, я все же не угадал с размером дани. А значит — нужно было готовиться к новым неприятностям.
Глава 21
Честно говоря, изнутри Фельск не впечатлял. Не знаю, мои ли завышенные ожидания после лицезрения его бесконечной, уходящей за горизонт стены, тому виной. Или рассказ стражника о том, что город был построен при помощи магии, а значит и я, в теории, когда-нибудь смогу так же. Но реальность оказалась гораздо более суровой и беспощадной.
Не знаю, как лучше описать свои ощущения. Представьте, что вы юноша со взглядом горящим, и вы встретили девушку. Она настолько красива и нежна, что напоминает фею. Вы, естественно, влюбляетесь в нее и пытаетесь добиться ее благосклонности. И, о чудо, добиваетесь. Она приглашает вас к себе домой и вы, радостный и возвышенный принимаете ее приглашение. И вот вы уже у нее дома. Вас переполняют самые возвышенные чувства. А затем вы понимаете, что у феи дома есть ТУАЛЕТ, а в нем ОСВЕЖИТЕЛЬ ВОЗДУХА и ТУАЛЕТНАЯ БУМАГА. И живет она, при этом, совершенно одна. Банальная, до невозможности, картина. Я бы даже сказал — бытовая. Но вот эта мелочь, осознание того факта, что феи тоже какают, разбивает напрочь все ваши возвышенные впечатления. И видите вы перед собой не мистическое, одухотворенное существо, а самую обычную, пусть и очень красивую, девчонку. Человека.