И, под четырьмя недоумевающими взглядами, я развернулся и вышел со двора. Нужно было успеть в город до закрытия ворот.
Глава 28
Волновался ли я, что мое новоприобретенное движимое имущество сделает неправильный выбор и, понадеявшись на рабскую удачу, пустится в бега? О, черт возьми, еще как! Только не потому, что мне было жалко денег, выброшенных на них, а потому, что я боялся ошибиться в самом себе. В своей способности понимать и трезво оценивать других людей. В своих аналитических качествах, наконец. Так что, все эти два дня, отпущенные моим рабам на расселение и приведение дома в порядок, я провел словно на иголках. Причем, все это время я отнюдь не сидел на месте, а носился словно сраный веник между десятками разных мест, решая сотни разных вопросов. Морально умотал себя так, что, когда пришло, наконец, время ехать в свой новый дом, мне уже было все равно что там и как.
Двигались мы в составе небольшого обоза, состоящего из четырех телег, полностью загруженных стройматериалами и пятой, в которой разместилась бригада плотников. Ромчика снова решил не брать и мне пришлось ехать вместе с работягами. Мужиками они оказались веселыми, так что поездка, пусть и не особо долгая, не доставила мне никакого дискомфорта.
Стоило нам подъехать к особняку, как я с облегчением выдохнул — уже, как минимум, один из моих страхов не оправдался — дом был цел и невредим. А стоило мне подойти к воротам и заглянуть внутрь двора, как и остальные тоже отступили. Семейство Шольда прошло свою первую проверку. Они мало того, что никуда не сбежали, так еще и хорошенько так успели поработать. Двор был чисто выметен, а мусор сложен в аккуратные кучи у стен. Ветви деревьев, нависавшие над стеной, были аккуратно спилены и так же сложены в дальнем конце двора. Шольд умудрился даже колодец починить. На вороте красовалась новая веревка, а на самом колодце — новая, аккуратная деревянная крышка.
Я отпер замок на воротах, после чего распахнул их во всю ширь, давая возможность телегам проехать внутрь. Двор, хоть и казавшийся довольно большим, все же не был рассчитан на такую обширную тусовку, так что телеги заезжали по одной, разгружались и давали место следующей. На шум высыпало все семейство Шольда. И так и стояло в полном составе, наблюдая за разгрузкой. Стоило, наверное, сразу отправить их в дом, досыпать, но мне было не до того — я объяснял прорабу, что именно и где хочу.
Когда все стройматериалы были выгружены, а плотники приступили к постройке временной конюшни, я наконец смог уделить время своему движимому имуществу.
— Ну что, как вы тут устроились? — поинтересовался я, протягивая руку Шольду.
— Нормально, хозяин, — ответил тот, с некоторой опаской, пожимая протянутую руку.
— Пойдемте, в доме поговорим, — предложил я, первым входя внутрь.
Да уж. Никогда не думал, что простая уборка может так сильно поменять внешний вид помещения. Если раньше это была хмурая, пыльная комната. То сейчас и некоторые аристократы не погнушались бы иметь у себя подобную прихожую. Хотя вру, конечно. Кому из аристократов нужна комната, забитая старой трухлявой мебелью? Но эффект «до и после» все же был довольно впечатляющим.
— Присаживайтесь, — предложил я своим людям, подавая пример и первым падая в одно из кресел, — рассказывайте.
— Что именно рассказывать, хозяин? — не понял Шольд, осторожно и как-то нерешительно усаживаясь на диван. Его семейство, следуя примеру своего главы, так же аккуратно разместилось рядом, на краешке.