После этих слов в комнате стало очень тихо.
Настолько, что я услышала собственное дыхание.
Асдаль не двигался.
— Ты хочешь правду, — произнёс он.
— Поздравляю, дошло.
— Тогда тебе не понравится форма.
— Меня уже давно не интересует комфортная форма.
И вот тогда что-то в его лице действительно изменилось. Не смягчилось. Не ожило. Но как будто стало чуть менее гладким. Словно он перестал подбирать ответ, который будет удобен для меня.
— Я помог тебе уйти, потому что Империя перестала быть устойчивой системой.
Я молчала.
— После формирования резонансного узла все основные сценарии сводились к одному: ты становилась ресурсом, закреплённым за чужой властью. Для Ронана — способом удержания контроля. Для Шиардана — точкой личной ответственности. Для Совета — объектом вскрытия. Для вирассов — инструментом переговорного давления. Для научного блока — материалом для изучения.
Я не перебивала.
— Внутри этой конструкции вероятность твоей автономии стремилась к нулю.
Я медленно кивнула.
— И?
— И в этой конструкции снижалась моя собственная устойчивость.
Вот.
Наконец-то.
Я почувствовала даже не злость, а почти облегчение.
Потому что лучше жёсткая правда, чем ещё одна красиво оформленная ложь.
— Вот об этом и говори, — тихо сказала я. — О себе.
Асдаль чуть наклонил голову.
— После формирования узла я перестал быть чисто имперским инструментом. Это увеличило мою ценность и одновременно повысило вероятность обнуления при смене центра власти.
— То есть ты спасал не меня.
— Не только тебя.
— А себя.
— Да.
Мы несколько секунд просто смотрели друг на друга.
И знаешь что? Это было лучше. Чище. Честнее, чем все эти полутона с Ронаном, полупризнания со Шиарданом и осторожные политические формулировки матроны.
Это хотя бы называлось своим именем.
— Хорошо, — сказала я наконец. — Уже лучше. Значит, ты не спаситель. Ты такой же эгоистичный выживальщик, как и все остальные.
— Формулировка эмоциональна, но не лишена точности.
— Мило.
Я отвернулась на секунду и прошлась по комнате, переваривая услышанное.
Так. Отлично.
Значит, картина такая:
Ронан держится за власть. Шиардан — за свою ответственность и меня как её часть. Дархи — за выгоду дома. Лейра — за месть и собственную природу. Асдаль — за шанс существовать вне чужого трона.
А я?
Я хочу выбраться. Я резко повернулась обратно.
— Тогда слушай мой новый запрос.
— Слушаю.
— Мне не нужна твоя мораль. И твоя забота тоже не нужна. — Я ткнула пальцем в воздух между нами. — Мне нужен маршрут выхода.
— Уточни.
— Мне нужны данные по расам. По территориям. По спорным зонам. По пограничным мирам. По местам, где власть Империи не абсолютна. По кластерам, где можно раствориться. Где женщину не вписывают автоматически в чью-то систему владения. Где чужачка может прожить хотя бы какое-то время, не становясь чьим-то трофеем или политическим активом.
Асдаль молчал.
Я шагнула ещё ближе.
— И я хочу не общую справку, а реальный расклад. Где слабый контроль. Где слабая регистрация. Где расовые модели менее жёсткие. Где меня будут определять не как “узел”, а хотя бы как неизвестную проблему.
— Ты формируешь план исчезновения.
— Поздравляю. И снова дошло.
Он завис на долю секунды.
— Ты отказываешься от участия в дархийской операции?
— Я отказываюсь быть чьим-либо инструментом. Это шире.
— Это усложнит выживание.
— Зато оно хотя бы будет моим.
И вот тут он опять замолчал. Надолго. Так, что я уже почти решила, что он сейчас снова уйдёт в тень и начнёт ломаться на своих внутренних алгоритмах.
Но нет.
— У тебя мало времени, — произнёс он.
— Это я уже слышала от половины галактики.
— На этот раз я говорю не о политике. О логистике.
Я напряглась.
— Конкретнее.
В воздухе между нами вспыхнула узкая проекция. Тёмные кластеры, маршруты, дуги переходов, астероидные поля, редкие узлы, помеченные разными цветами.
Я подошла ближе, не сводя глаз с карты.
— Что это?
— Варианты.
У меня внутри что-то замерло.
— Какие именно?
— Если ты действительно хочешь исчезнуть, у тебя есть три реалистичных сценария.
Вот теперь я уже не скрывала внимания.
— Показывай.
Асдаль развернул первый слой.
— Первый. Внутреннее растворение в дархийском пространстве. Наименее рискованный в краткосрочной перспективе. Наиболее опасный в долгосрочной. Матронные дома не отпускают ресурсы, однажды включённые в контур пользы. Ты останешься жива, но не свободна.