Теперь вокруг этого центра возникли узлы сопротивления. Пока ещё не армии. Пока ещё не фронты. Но уже нечто хуже — воля к альтернативе.
Альтернатива была опаснее мятежа.
Мятеж можно подавить.
Альтернативу сначала нужно вычислить.
— Кто координирует? — спросил он.
— Единого центра не выявлено.
— Тогда выявите.
— Работа ведётся.
Он скользнул взглядом по карте, отмечая зоны напряжения почти без усилий. Палира — приу. Релланис — вирассы. Нейтральные кластеры, где зейнарцы начали слишком свободно говорить о переговорах “после стабилизации режима”. Нижние узлы Совета, где страх перед ним уже начал уступать страху перед будущим.
Даже дархи, откатившиеся назад полгода назад, теперь снова шевелились вдоль окраин. Уже не с прямой агрессией, а как хищники, чувствующие треснувшую конструкцию.
Империя не горела.
Империя наливалась газом.
И достаточно было одной искры.
— Асдаль, — произнёс Ронан.
Голос системы возник почти сразу.
— На связи.
— Сводка по скрытым корреляциям между расовыми советами, подпольными сетями и архивными запросами по резонансным протоколам.
— Готова.
Перед ним развернулась новая модель. Сотни тонких линий. Тайные контакты. Совпадения перемещений. Пересечения имён. Финансовые потоки. Исчезновения. Перенаправленные данные. Лаборатории. Учёные. Курьеры. Мелкие политические фигуры, которые ещё полгода назад ничего не значили, а теперь неожиданно оказывались связаны друг с другом чаще допустимого.
Ронан смотрел долго.
Слишком долго.
Офицер рядом не смел даже пошевелиться.
— Это не заговор, — сказал Император наконец.
— Ваше Величество?
— Это стадия до него. Когда все ещё думают, что действуют в своих интересах. Когда у каждого своя причина, свой страх, своя надежда. И никто ещё не понимает, что уже стал частью общего движения.
Он поднял взгляд.
— Именно в этот момент их и нужно ломать.
Офицер коротко склонил голову.
— Какие будут приказы?
Ронан не ответил сразу.
Потому что в этот момент под гладкой поверхностью его спокойствия двигалась ещё одна линия. Не по карте. Внутри.
Эльвира.
Шиардан.
Отголоски, которых уже не должно было быть такими живыми спустя полгода. Следы, не исчезнувшие несмотря на расстояние, попытки изоляции, перекрытия, анализы, подавления. Узел не распался. Не умер. Не стал тише настолько, чтобы его можно было списать.
Просто ушёл глубже. В темноту. В чужое небо.
И чем сильнее дрожала Империя, тем яснее становилось: часть этого раскола родилась именно в тот день, когда он не сумел удержать центр своей новой уязвимости.
Он почувствовал, как внутри всплывает старое, почти забытое ощущение.
Не ревность. Не тоска. Не сожаление.
Злость существа, у которого вырвали из рук то, что оно уже встроило в свою картину мира.
Это было недопустимо.
— Начинаем с Совета, — сказал Ронан. — Нижний круг. Те, кто первыми заговорили о перераспределении власти. Аресты — не массовые. Хирургические. Я хочу, чтобы остальные не увидели волну. Только исчезновение тех, кто слишком рано решил, что я ослаб.
— Принято.
— По Палире — закрытый аудит научных секторов. Всё, что касается Харна, ранних контуров Асдаль, альтернативных резонансных моделей и адаптивных нейросетей, — под мой личный допуск.
— Да, Ваше Величество.
— По Релланису...
Он замолчал.
Вот здесь и был настоящий нерв.
Ударить по вирассам слишком рано — значит объединить их. Оставить без давления — значит дать им вырастить собственную вертикаль. А после Шиардана, после резонанса, после того, как их раса впервые почувствовала себя не обслуживающим краем Империи, а возможным центром новой силы, ошибка стоила бы слишком дорого.
— По Релланису усиливаем внешнее присутствие, но не входим в прямой конфликт, — произнёс он холодно. — Мне не нужен священный враг. Мне нужны внутренние трещины между их родами.
— Понял.
— Поднимите все старые линии разногласий между домами. Кровные долги. Споры за старшинство. Ресурсные конфликты. И особенно всё, что касается Коф Шорданов.
Имя прозвучало ровно.
Слишком ровно.
Офицер не подал вида, что заметил.
— Да, Ваше Величество.
— И ещё. Любое упоминание землянки, пропавшего узла, человеческой женщины, нестандартного резонансного объекта, беглянки из Виртума или любых косвенных формулировок — сразу на мой контур.
— Немедленно?
— Немедленно.
— Даже если это окажется ложным следом?