— Я ж говорил, твой план — дерьмо. Не такая она простая, эта девочка с кассы.
— Завались, умник.
— Садись в тачку. Я в переулки. Она здесь где-то. Далеко не ушла.
Шаги. Ровные, тяжёлые, уверенные.
Роуэн затаилась, прижавшись к стене. Сквозь щель между гаражами донёсся хруст гравия. Один из них свернул в переулок. Искал.
"Сейчас найдёт. Сейчас..."
Тело взорвалось раньше мыслей. Без плана. Без расчёта. Просто рвануло вперёд. Из темноты — в темноту. Мимо баков, под арку, через узкий проём между заборами. Плечо с размаху стукнулось о железную балку. Боль резанула, но ноги продолжали нести.
Ветер хлестал по лицу, лёгкие горели, сердце било в виски. В голове одна мысль: "Быстрее. Выбраться. Выжить".
Сзади крик: — Она здесь!
Роуэн не обернулась. Ни разу.
Свет фонарей мелькнул впереди — мутный, слабый. Она рванула туда, зигзагами, по узким дворам, скользя между углами. Один поворот. Второй. Неизвестная улица.
И вдруг — резкая хватка за плечо. Рывок.
Роуэн закричала, почти взвыла. Реакция сработала быстрее разума. Локоть — в живот. Пятка — по голени. Разворот. Рука чужая — в залом. Всё на автомате. Словно тренировки бокса были не шесть лет назад, а вчера.
— Ай, блин, Ро! Это я! Ларри! Отпусти, мать твою!
Роуэн застыла. Дышала часто, стиснув чужое запястье до белых костяшек. Плечо упиралось в его бок, колено вдавливалось в рёбра. Только сейчас поняла — он не сопротивляется.
— Ларри?.. — выдохнула, отпуская.
Отступила на шаг. Руки всё ещё дрожали. Ларри присел на асфальт, зажимая живот.
— Ты охренел?! — взорвалась она. — Что ты вообще тут делаешь?
Он поморщился, потёр запястье, ухмыльнулся как-то криво, нервно.
— Хотел тебя встретить, чёрт побери. Не думал, что встреча будет с ударом по яйцам в придачу.
Роуэн вытерла лицо рукавом, попыталась выровнять дыхание.
— Ты... идиот. Да пошёл ты. Я могла тебя прибить, понял?
— Понял я, понял, — Ларри выдохнул, приподнялся, всё ещё морщась, и подошёл ближе. Уже без ухмылки, просто всматриваясь: — Это они? Те, из-за кого ты тогда вышла из подсобки белее мела?
Роуэн молчала. Потом медленно качнула головой: — Не сейчас.
Он понял. Без вопросов.
— Поехали, — сказал тихо. — Пожалуйста.
Она не ответила. Даже не посмотрела на него. Просто стояла. Дышала тяжело, будто после удара. В груди всё ещё теснилась паника.
Оглянулась. Тёмный, мокрый двор. Переулки, мусорные баки, серые стены. Ветер. И её дрожащие руки — в грязи. Сбоку жгло, только сейчас почувствовала: ссадина. Пальцы сбиты, ногти в пыли. Сердце колотилось так, будто пыталось выскочить.
Стало тише. Но не легче. Казалось, что если обернуться, кто-то всё равно выйдет из тени.
— Блядство, — выдохнула она, запрокинув голову.
Ларри подошёл ближе. Медленно. Осторожно. Как к дикому зверю, который ещё не решил: нападать или бежать. Потом просто обнял. Пальцы коснулись её плеч — тёплые, чуть влажные. Его волосы прилипли к шее, куртка пахла дождём и сигаретами.
Роуэн не шевелилась. Не оттолкнула. Просто замерла. На секунду дышать стало легче, словно можно было, хоть ненадолго, перестать держать одной.
Вспомнилось вдруг: старый диван у него дома, лапша в пластиковых коробках, фильмы, под которые они оба засыпали. Его рука на талии. Его голос — хриплый, фальшивый, когда пел под гитару, а потом ворчал, что она опять съела все чипсы, но покупал ещё. Тихие, обычные вечера, когда было вроде и прикольно.
Но память не грела. Быстро потухла.
Резким движением Роуэн шагнула назад, вырвалась.
— Только не начинай, Ларри. Без этих твоих "я рядом" и "всё будет хорошо". Мне это не нужно.
Он отступил, подняв руки ладонями вверх.
— Я не собирался. Ладно. Молчу.
— Поехали, — отрезала она. — Отвези меня домой. И всё. Ты — такси. Только бесплатное и с паршивым плейлистом. Ясно?
Ларри усмехнулся коротко: — Понял шеф. Без глупостей.
Они пошли молча. Не торопясь. До парковки, что была в квартале от магазина.
Роуэн шла чуть позади. Голова гудела. Всё тело — как в тисках. Слишком многое произошло за короткий промежуток времени. Она устала и всё ещё не знала, правильно ли поступает. Но сейчас — с ним, потому что одной было бы хуже.