– Снова эта ваша привычка все разговоры заканчивать сюмпо,– вздохнул Ичимару, снимая барьеры. «Но все равно… уже сейчас сила Соске Айзена на голову выше всех капитанов, кроме Карасу-сана и Генрюсая-доно,– думал Гин.– С ним нужно быть настороже…»
Тем временем капитан десятого отряда размышлял над следующей дилеммой: сказанное Гином окончательно убедило его в наличии шпионов Айзена повсюду, где только можно. Быть может, что его руки дотянулись даже до Совета Сорока Шести. И уж точно кто-то из десятого отряда шпионит для Айзена, вероятно, подчинены его банкаем.
«Будь уверен, мы быстро их отыщем»,– заговорила Ёроони.
«Их?– Карасу остановился на крыше башенки-часовни.– Ты полагаешь, что шпионов несколько?»
«Разумеется, их несколько, и очень даже возможно, что благодаря способностям Айзена они даже не подозревают о существовании своих сообщников. Вполне в духе нашего «бога», не находите?»
«Ты права,– Кеншин скользнул взглядом по Сейрейтею.– Их должно быть несколько».
Легкое дуновение теплого ветерка растрепало черные волосы, лаская кожу. Несколько минут Карасу просто стоял на краю крыши, прикрыв глаза и наслаждаясь этим ветерком, после чего мотнул головой и исчез.
Капитан девятого отряда Юки Карасу тяжело вздохнула, откладывая отчеты в сторону.
– Ну и геморрой,– вздохнула она, невольно проникаясь к брату уважением.
– А ты думала, в сказку попала?– насмешливый голос Кеншина заставил ее подскочить, после чего женщина без зазрения совести запустила чернильницей в наглую, скалящуюся рожу. Разумеется, этот вредный брат с легкостью увернулся, а чернильница вылетела в открытое окно… открытое?
– Как ты открыл окно?– немало удивилась Юки и покосилась на щеколду. Хлипкий запорный механизм не стал препятствием дурной силе этого… этого…
– Ах ты гад!– возмутилась Юки.– Портишь мое имущество…
Скептический взгляд, заставивший девушку возмущенно вдохнуть и… замолчать. Юки попыталась обиженно надуться. Надуться получилось, а вот обидеться она просто не могла.
– Ты быстро втянешься,– брат, до этого расслабленно сидевший на подоконнике, вытянув левую ногу и свесив из окна правую, легко оттолкнулся от дерева ладонью и встал на обе ноги совсем рядом с ней. Шаг– и вот она в таких знакомых, таких желанных, таких любимых объятиях…
– Братик…– Юки обняла брата и прижалась щекой к его груди, чувствуя, как брат одной рукой прижал ее к себе, а второй медленно гладит ее длинные волосы.
– Я тобой горжусь.
Юки подняла удивленный взгляд и увидела полную гордости и тепла улыбку, от чего сердце женщины радостно забилось, а на лице невольно проступила счастливая улыбка.
– Нам пора домой,– тихо произнес брат. Юки тут же подогнула ноги и ощутила сильный рывок– брат сразу применил сюмпо.
Брат был прав. Через несколько дней Юки привыкла к своей новой должности и принялась наводить в своем отряде порядок. Подчиненные в ужасе стонали за ее спиной, полагая, что их отряд сейчас превратится в подобие десятого. Перед глазами был ярчайший пример: двадцать пять лет назад капитан шестого отряда Гинрей Кучики передал должность главы клана и капитана шестого отряда своему внуку Бьякуе Кучики, являвшемуся учеником Кеншина Карасу. Аристократы из шестого отряда тогда расслабились, думая, что этого пацана заставят плясать под свою дудку, но потом юный Кучики так за них взялся, что все они просто взвыли от ужаса и мучительной боли за бесцельно прожитые годы. Помнится, они там даже попытались надавить на клан Кучики, даже собрали делегацию родственников и сами заявились качать права прямиком в поместье клана Кучики. Вот тогда-то в отряде и освободилось полдюжины вакантных мест среди младших и старших офицеров, а больше двух десятков кланов лишились своих наследников: капитан расценил их угрозы как объявление войны главе клана и предательстве капитана шестого отряда (с точки зрения юриспруденции Бьякуя был абсолютно прав), потому без зазрения совести спустил на них Сенбонзакуру. Шестой же отряд (выжившие) был подвержен нескольким крайне мучительным процедурам на полигонах десятого отряда– на тот момент Бьякуя еще не привел свои полигоны «в подобающий вид», как он сам выражался.
Странное дело, все думали, что подобный инцидент вызовет огромные волнения в обществе, и Бьякуе не поздоровится. Однако кланы, рискнувшие раскрыть тявкалки на благородный клан Кучики, сидели тихо, как мышки, и не отсвечивали. Было тому причиной невероятное обаяние Бьякуи Кучики, подкрепленное красотой Сенбонзакуры(заглянул к ним первым), или же все дело в могущественном даре убеждения капитанов десятого и одиннадцатого отрядов(второй и третий “гости” соответственно), никто не знает. Но факт остается фактом: с восхождением Бьякуи на должность капитана шестого отряда и становлением главой клана Кучики, немногие политические и экономические враги клана как-то быстренько исчезли, а клан начал процветать. Даже старейшины клана, которые относились к Бьякуе, как к несмышленому младенцу, прониклись к парню должным уважением и больше не пытались строить против него заговоры.
Так что весь девятый отряд дрожал в страхе за свое будущее и искренне сочувствовал третьему отряду, во главе которого встал еще худший монстр, с первого дня своего появления доводящий до белого каления всех и вся.
Однако вопреки ожиданиям коллег из девятого отряда, третий отряд не дрожал. Они были искренне счастливы, что у них наконец-то появился капитан, который обратил на отряд внимание и при этом приструнил ленивого лейтенанта Шибу. Что да, то да, Гин умеет не только бесить людей. Несмотря на все свои тараканы, Ичимару– превосходный руководитель и прирожденный лидер, способный располагать к себе людей, но обычно предпочитающий бесить их.
В отличие от Бьякуи, Гин решил не копировать идеи капитана Карасу относительно воспитания боевого духа в коллективе. Разумеется, тренировки будут, но создавать еще один культ силы– ну уж нет, увольте! Это Бьякуя считает, что аристократии необходимо возродить утраченные традиции, согласно которым именно сила определяла положение клана в обществе, а не владения, казна и масштабы бизнеса, здесь идеи капитана Карасу подходят прекрасно. Гин решил поступить иначе.
Айзен принял решение прекратить работу в Сейрейтей и основательно взялся за Уэко Мундо, прорывы Пустых стали происходить реже, их масштабы заметно уменьшились, в Сообществе Душ стало спокойнее.
Кеншин продолжил посещать Уэко Мундо, ведь там он мог тренировать свои способности Пустого не опасаясь, что их засекут. Скупые комментарии Тии утверждали, что дело постепенно налаживается, пока во время одного из таких посещений не произошло нечто из ряда вон.
– Скажи, а ты бывал на море?
Кеншин даже замер на мгновение от неожиданности и утратил контроль над серо. Широкий синий луч ушел в сторону, испаряя все на своем пути.
– Что?
– Ты бывал на море?– повторила женщина свой вопрос. В устремленных куда-то в даль красивых зеленых глазах под необычными пушистыми ресницами мужчина рассмотрел нечто странное, мечтательное.
– Да, бывал,– ответил капитан. В Сейрейтей нет крупных водоемов, так что мужчина не раз вытаскивал свою семью на курорты в мире живых.
– Здесь нет морей,– судя по голосу, Тия грустно улыбнулась (как же достала эта чертова маска...).– Но мне снится море… последние несколько лет я вижу его во снах… не всегда, но часто. Я пытаюсь представить песок, волны, небо… почему ты так смотришь на меня?
Мечтательный оттенок исчез из глаз вслед за остальными чувствами и эмоциями, кроме холодного любопытства.
– Можешь снять свою маску,– ухмыльнулся капитан десятого отряда.– Как я и полагал, рядом со мной эволюция твоей души начала протекать намного быстрее.
– Ты ставил на мне эксперименты?– в холодном голосе послышались угрожающие нотки.
– Что ты, Тия,– мужчина покачал головой.– Эксперименты я ставлю на других. То, что происходит с тобой… этот процесс активировался вследствие наших частых и длительных встреч, и с моим исчезновением он не угаснет, разве что слегка замедлится. Полагаю, что изначально ты была такой же гибридной душой, как я… или как Старрк.