Я была на берегу озера, блики от которого, меня так внезапно ослепили. Вокруг буйствовала растительность: высоченные лиственные деревья, с кронами таких необъятных размеров, что можно было запросто в них затеряться, кое-где даже мелькали мною любимые берёзы. У стволов всю землю прикрывали растения с резными листьями, чем-то похожие на наши папоротники, поэтому казалось, что деревья растут из зелёной перины. На фоне этого, выделялись яркими красками кусты, которые я видела в первую ночь своего пребывания в этом мире, но в этот раз они цвели при дневном свете.
Возможно, это не так бы меня удивило, если бы не одно обстоятельство: всё окружающее меня великолепие находилось в огромной пещере, стены которой взмывали отвесно вверх. Только вот заканчивались они не сводом, как это обычно бывает: над головой сквозь огромную дыру открывался вид на голубое безоблачное небо и яркое солнце.
Всё пространство заполняли всевозможные звуки — шум ветра в листве деревьев, плеск волн о береговую линию, стрекотание насекомых, пение птиц. Я потерялась во времени, рассматривая всё это и прислушиваясь к природной симфонии.
— Рада, что тебе здесь нравится! — вывел меня из лёгкого шока приятный женский голос.
Я уже успела забыть, от переизбытка впечатлений, что нахожусь в этом месте по чьей-то воле. Оборачиваясь на голос, ожидала увидеть совсем не то, что в итоге увидела: передо мной мерцал прозрачный женский силуэт, переливаясь едва заметными радужными оттенками.
— Ты очень похожа на своего отца, Машенька, — продолжало существо, — А вот Лаэрия, твоя сестра, копия матери. Вижу, ты теряешься в догадках на мой счёт, не буду тебя мучить, моё имя Дракония.
— Не может быть, — прошептала я, — Дара говорила, что богиня — мать находится в вечном сне, который невозможно прервать. Они пытались, но ничего не получилось.
— Правильнее будет сказать — они пытались, но получилось совсем не то, что ожидали, — с грустной улыбкой поправила богиня, — присаживайся: «В ногах правды нет» — так ведь, кажется, говорят в мире, где ты жила всё это время.
Я опустилась, на прибрежный песок, прогретый солнцем. Прозрачная фигура присела рядом. У меня не возникло ни малейшего сомнения в том, что сказанное — правда, и передо мной действительно богиня — мать. На душе было спокойно и уютно, словно, после долгих скитаний, я оказалась дома, в безопасности, где меня любят такой, какая есть и ждут, не смотря ни на что.
— Пришло время ответов, на твои вопросы, милая, — не спеша заговорила Дракония. — Я расскажу тебе всё с самого начала, а ты, если будет что-то не понятно, сразу переспрашивай, не стесняйся.
Много тысячелетий назад, я и Одан создали этот мир. Мы были как две половины одного целого, всегда неразлучны, но мне больше нравилось работать со светлыми энергиями, а ему с тёмными. Поначалу это ни сколько нас не разделяло, наоборот так было даже интереснее. Он создавал земную твердь, горы и всё, что под ними — проходы, туннели, пещеры, наш мир просто испещрён ими, я же занималась поверхностью — лесами, водоёмами. Затем, нам захотелось заселить пространство живыми существами, как и в других мирах. Вначале это были животные, птицы, но этого показалось мало: захотелось попробовать себя в создании разумных существ. Дело набирало обороты, появился азарт. Всё происходящее стало похоже на игру: кто сможет создать больше существ, у кого они будут умнее и сильнее. Пожалуй, именно тогда появился некий разлом между нами, но мы этого даже не заметили. Наши детки к тому времени уже подрастали. Хашфарх был очень похож на отца и Одану это льстило. Поначалу силы сына оказались сбалансированы: тёмное, светлое — особой разницы не было, он владел обоими видами энергий, не отдавая предпочтение ни одной из них, но отцу это не нравилось. Он хотел, чтобы Хашфарх был похож на него не только внешне — его целью стало поменять мировоззрение сына. Постепенно он начал вовлекать его в свои дела. Я не видела в том ничего плохого, и это было моей ошибкой. Но, хотя бы другим детям повезло больше: им Одан предоставил право выбора. Дороху нравилась вода, Рэну — воздух, Дракана взяла на себя солнечную энергию и всё, что связано с ней — смена времён года, произрастание растений. Даркария всё никак не могла определиться, хотя не может и сейчас. Но скажу тебе по секрету, в итоге из неё выйдет замечательная богиня — хранительница: она очень привязана к разумным существам этого мира. Время шло, дети набирались сил и между ними всё чаще происходили конфликты. Обычно, зачинщиками были Хашфарх и Рэн. Первый, как выяснилось позднее, преследовал определённую цель, а второй, просто шёл у него на поводу. Не буду тебя утомлять нашими семейными проблемами, которые привели к тому, что мы имеем на данный момент. Одан, в конце концов, прозрел. Он понял, насколько ошибался, подталкивая Хашфарха к тёмной стороне, и «ломая» при этом, но было уже поздно. Это сильно его подломило. Чтобы не наделать ещё больших бед, мой супруг решил погрузиться в вечный сон, ограждая наших детей от самого себя, я последовала за ним. Мы поставили их перед фактом, не спрашивая мнения — это было нашей следующей ошибкой.