Скинув одежду, я погрузилась в тёплую воду. Усталость и напряжение стали отступать, будущее уже не казалось таким мрачным, даже стал просыпаться некий азарт, чередующийся с восторгом: если во мне есть потенциал к магии, значит, нужно его развивать и показать всем злопыхателям — где «раки зимуют», а заодно и другие незабываемые места.
Наплававшись так, что зубы стали выстукивать дробь, а мышцы на руках ломить от усталости, я выбралась на берег. Обсохнув, оделась в чистую одежду, представляющую из себя лёгкую тунику и брючки, лежавшие, как и обещала Дракония, на большом камне рядом с гамаком. Расчёска обнаружилась там же, что вызвало улыбку.
Плетёное ложе прикрывал плотный матрас, подушка и сложенный плед, лежали в изголовье. Устроившись поудобнее, я закрыла глаза, вслушиваясь в окружающее меня пространство. Вдруг, рядом послышалось фырчанье большой кошки и мягкие шаги. Сердце ухнуло в груди. А если Дракония ошиблась на счёт хищников, и одному всё же удалось пробраться. Я открыла глаза, пытаясь определить с какой стороны зверь. И тут, прямо над моим лицом, появилась звериная морда, а шершавый язык прошёлся по носу и щеке оставляя слюнявый след. Если бы я была менее уставшая и более впечатлительная, разрыв сердца мне был бы обеспечен, а так дело закончилось, лишь воплем, вырвавшимся непроизвольно.
Тучи, набежавшие, словно ниоткуда, за пару минут до этого, стали расходиться и я поняла, чью наглую морду вижу перед собой — Пуш, серебристый гарх Драконии.
— Ты, ты…, - только смогла выговорить я, пытаясь успокоить, бешено бьющееся сердце и, выровнять дыхание. — Я бы сказала — кто ты есть, но у меня просто нет слов, одни эмоции которые тебе тоже не понравятся.
Гарх, как ни в чём не бывало, ткнулся носом мне в плечо, и растянулся возле гамака. После такой эмоциональной встречи, я думала, что так и не усну до самого утра, но уже через пять минут сладко посапывала, убаюканная тихим мурчанием Пуша.
Мне вновь снился невероятно — реалистичный сон: в нём я слышала звуки и ощущала запахи, словно действительно присутствовала в том месте.
Солнце уходило за горизонт, окрашивая небо в яркие цвета. Вокруг меня был парк — ухоженные цветники, деревья на фоне изумрудной травы, беседки. Всё это казалось мне знакомым и, когда я стала крутить головой, чтобы осмотреться, поняла почему: над всем этим великолепием возвышался дом, со стенами лимонного цвета, увитыми плетистыми растениями. Именно в нём я видела незнакомую девушку, которая мне кого-то напомнила, в таком же сне, в самую первую ночь пребывания в этом мире.
Только сейчас, спустя время, пришло осознание того, что она была похожа на мать. И почему я сразу этого не поняла? Хотя, наверное, потому, что наше сознание необъяснимым образом иногда замечает мельчайшие подробности событий, а иногда не видит очевидного. Так было и в прошлый раз.
В сторону дома идти совершенно не хотелось: меня, словно тянуло свернуть на тропинку, уходящую вглубь парка, что я и сделала. Вдоль дорожки тянулись бордюры из живых цветов, различной окраски, но гармонирующие друг с другом. За каждым поворотом неожиданно возникала каменная фигура какого-нибудь животного, скрытая до поры листвой кустарников. Этот парк был наполнен сюрпризами: то каменная горка покажется, то прудик, заполненный водными растениями. Тот, кто создавал это место, был явно не обделён фантазией и постарался на славу.
Завернув за следующий поворот, я остановилась от неожиданности. Передо мной открылась поляна, в центре которой в яростном танце сверкали кинжалы, направляемые, казалось бы, хрупкой девушкой. Выпады сменялись один за другим, словно она боролась с невидимым противником. Скорость была такой, что я еле успевала уследить за её движениями. Это завораживало, чем-то напоминая танец. Смертельно опасный, но танец.
— Что-то Лаэрия разошлась сегодня не на шутку, — неожиданно раздался мужской голос справа от меня. — Ты там ни в чём не провинился, братец?
Я повернула голову на звук. На траве, возле расстеленной скатерти, заставленной фруктами, мясом и чашечками с различными соусами, друг напротив друга сидели два блондинистых эльфа.
Говорящего я видела со спины, но голос показался знакомым, а единственный эльф, с которым мне пришлось столкнуться в этом мире, как выяснилось не так давно, был Лералиэль, брат, законного супруга моей сестры. Следовательно тот, чьи прищуренные голубые глаза мне удалось рассмотреть, когда он бросил яростный взгляд в сторону говорящего, был ни кто иной, как Элерандиэль тер Лооралеон, муж Лаэрии собственной персоной. Ну, что сказать? Красавчик. Хотя есть ли некрасивые эльфы, я не в курсе.