«…По этой причине… я… в местности неустойчивости буду поддерживать связь между частями»
Собственно говоря, это и есть квинтэссенция поведения в местности неустойчивости. Соединение частей, сплочение страны — единственная стратегия победы. А это значит, что мы не можем позволить себе иметь враждебную оппозицию!
Но вдвойне ошибкой была бы попытка ее уничтожить.
«по правилам ведения войны наилучшее — сохранить государство противника в целости, на втором месте — сокрушить это государство. Наилучшее — сохранить армию противника в целости, на втором месте — разбить ее. Наилучшее — сохранить бригаду противника в целости, на втором месте — разбить ее. Наилучшее — сохранить батальон противника в целости, на втором месте — разбить его. Наилучшее — сохранить роту противника в целости, на втором месте — разбить ее. Наилучшее — сохранить взвод противника в целости, на втором месте — разбить его. Поэтому сто раз сразиться и сто раз победить — это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего — покорить чужую армию, не сражаясь.»
Мы должны иметь дружественную оппозицию. Мы должны сделать так, чтобы те, кто нам мешали, сами нам помогли. И борьба с коррупцией, и борьба с полицейским произволом, и жесткий контроль действий власти — все это в итоге идет как раз на пользу власти (конечно, если власть отождествляет себя со страной). На самом деле, развертывание оппозиционного антироссийского движения — это огромный просчет противника и великолепный шанс для России, по одной единственной причине — подавляющее большинство оппозиционеров пребывает в полной уверенности, что их действия идут стране на пользу. И в этом огромная слабость лжи, которую использует враг — не заявляя прямо, что его цель уничтожение нашей страны, а говоря рядовым несогласным, что целью является укрепление России, он выбивает у себя почву из под ног. Любые толпы, пускай и стотысячные, рассыплются в прах, едва лишь рядовой оппозиционер поймет, что власть делает именно то, к чему он призывает.
«если знаешь место боя и день боя, можешь наступать и за тысячу миль. Если же не знаешь места боя, не знаешь и дня боя, не сможешь левой стороной защитить правую, не сможешь правой стороной защитить левую, не сможешь передней стороной защитить заднюю, не сможешь задней стороной защитить переднюю. Тем более это так при большом расстоянии — в несколько десятков миль, и при близком расстоянии — в несколько миль.
Если рассуждать так, как я, то пусть у юэсцев войск и много, что это может им дать для победы? Поэтому и сказано: "победу сделать можно"»
Подавляющее большинство людей, бездумно вешающих на себя белые ленточки, ведущихся на дешевую пропаганду в интернете, глумящихся над верой своих дедов и свершениями своих отцов — действительно уверены, что работают на благо России. Можно долго разбирать причины и поводы такого поведения (возможно, мы займемся этим чуть позже). Можно искать и обрезать ниточки, за которые дергают «вождей», вещающих толпам с трибуны (о, высшее счастье марионетки — сыграть кукловода!) Можно — но по большому счету, ненужно. Это бой по чужим правилам. Такие бои не выигрывают.
Нам важнее другой. Враг не может прямо и откровенно заявить, что его цель — уничтожение и дробление России, полное и окончательное выведение ее из мировой «высшей лиги». В таком случае его поддержит разве что один процент населения, зато сплотит остальные девяносто девять. Да и собственное население, привыкшее к благообразным объяснениям тех или иных внешнеполитических действий, ничего не поймет и сильно удивится.
Поэтому враг вынужден поддерживать то протестное движение, которое требует бороться с коррупцией, полицейским произволом, отсутствием социальных лифтов, пренебрежением реальными, а не мнимыми, правами человека. Враг вынужден поддерживать ту часть населения, которая потенциально является самым главным союзником власти — если власть борется за интересы страны и народа.
И это наш шанс.
«обдуманность действий умного человека заключается в том, что он обязательно соединяет выгоду и вред. Когда с выгодой соединяют вред, усилия могут привести к результату; когда с вредом соединяют выгоду, бедствие может быть устранено».
Мы не будем задерживаться на местности неустойчивости, поскольку здесь нельзя задерживаться долго. Завтра мы поговорим о том, каков может и должен быть следующий шаг.
Конец второй местности.
P.S. Удивленных фразой «Если рассуждать так, как я, то пусть у юэсцев войск и много, что это может им дать для победы?» и интересующихся, кто такие юэсцы — отсылаю к уважаемому Сунь Цзы.
Мы на войне. Часть 3. Местность оспариваемая
Сергей Лукьяненко
Кто из государей обладает Путем? У кого из полководцев есть таланты? Кто использовал Небо и Землю? У кого выполняются правила и приказы? У кого войско сильнее? У кого офицеры и солдаты лучше обучены? У кого правильно награждают и наказывают?
По этому всему я узнаю, кто одержит победу и кто потерпит поражение.
Сунь Цзы.
Уходя из местности неустойчивости, мы сделали следующий парадоксальный вывод: оппозиция является благом России и опорой власти, но лишь в том случае, если власть действительно борется за интересы страны и народа.
Нет сомнений, что само это предположение в нашей стране непрерывно оспаривается — примерно со времён призыва на царство Рюрика с родственниками, действовавшими исключительно в интересах Дании. Затем, до самого стояния на Угре, у власти были ставленники татаро-монгольского ханства, за интересы немцев боролся Пётр Первый, а потом и Владимир Ульянов, интересы Грузии представлял Иосиф Сталин, интересы Украины — товарищ Хрущев, интересы слаборазвитых стран Азии, Африки и Латинской Америки — товарищ Брежнев… Что уж тут говорить про Горбачёва, Ельцина или Путина — тезис о том, что они управляют страной не в интересах народа, звучит постоянно.
Как ни странно, всё это не мешало России большей частью развиваться — несмотря на все подозрительные интересы власти и все интересные подозрения народа.
Ещё более странно, что тезис «власть действует не в интересах страны» звучит даже в странах, вроде бы как успешно претендующих на мировую гегемонию. Достаточно политику ляпнуть, что он обсудит возможные уступки в тех или иных вопросах, — и вот уже конкуренты кричат о сдаче национальных интересов.
Но, как ни странно и ни горько это будет слышать сторонникам теории заговора, власть над страной сама по себе обладает странной способностью заставлять своих избранников действовать в её интересах. И примерам того, как пришедший к власти человек, по всеобщему мнению, способный разве что окончательно развалить страну, внезапно вытягивал её из ямы, — несть числа, в том числе и в нашей истории.
Другой вопрос, что власть не сосредоточена в одном-единственном человеке. И даже в его команде. У победы, как известно, много отцов, а вот поражение — сирота. У власти ситуация иная: всё хорошее делается вопреки ей, благодаря высоким ценам на нефть, протестам оппозиции и благоприятному расположению звёзд. Зато в каждом гаишнике, берущем взятки, или в загоревшемся сарае виновато исключительно первое лицо государства.
Так что мы попробуем посмотреть на ситуацию беспристрастно. Исходя не из накопленных претензий и обид, а глядя в будущее.
«…армия страдает от своего государя в трёх случаях:
Когда он, не зная, что армия не должна выступать, приказывает ей выступить; когда он, не зная, что армия не должна отступать, приказывает ей отступить; это означает, что он связывает армию.