Сейчас получается что «лебедь раком щуку». Государства борются между собой за сферы влияния. Это также как организм, который поедает сам себя. Это глупо, потому что у каждой страны, у каждого народа есть своя определенная ментальность. И каждый народ заточен под свои способности. Кто-то лучше всех играет в баскетбол и при этом поёт рэп. Кто-то делает качественные и надёжные машины. У кого-то самый лучший в мире балет. А кто-то лучше всех играет в хоккей. А кто-то лучше всех взрывает собственные небоскребы и сваливает это все на нефтебогатые страны. Он сам является заложником своего менталитета. Это уже кишечник, который начал переваривать сам себя. Америка – это правильная страна на первых трех уровнях. Но не то, чтобы кишечник должен подчиняться голове, но хотя бы не противоречить. Я, конечно, понимаю, что у кишечника есть свой мозг, потому что многие думают кишечником. Но всё же я за глобализацию.
Вы, конечно, будете спрашивать: «А как это ты все конкретно видишь?». Разумеется, это всё приблизительно. Это пока что идея. И её основной тезис, что не должно быть таких понятий как «англичане», «американцы», «русские», или еще кто-то. Должно быть «человечество». Одно название – человечество. Вот есть человечество, а есть какие-нибудь минбарцы с планеты Минбар.
Ну, сколько можно уже? Все эти распри, все эти склоки. Собираются мелкие людишки с ущемлённым Эго и делают улицу Джохара Дудаева у себя в столице. Дескать, «потому что Советский Союз нас подавлял. Русские оккупанты». И вот они срутся, вспоминают прошлое, болячки, кто кого обидел. «А вот ты меня тогда дураком назвал, а вот ты меня!! Вот тебе в глаз, сука. А вот тебе пинок. Вот ты мне холокост устраивал!». Сколько можно? Уже заебали, честно говоря. Просто заебали. Такая нудятина.
Из-за чего всё это происходит? Из-за того, никаких целей у них вообще нет. Когда есть глобальная цель, то русскому народу не нужны тактические моменты в этом случае. У него в этом случае все получается автоматически. И мост строится за сутки. Когда есть четкая ориентировка. И вилами и граблями выигрывает войну против танков.
Поэтому всё должно быть подчинено единой идее. Т.е. зачем и для чего вообще живет человечество.
Вот, казалось бы, сам ты не умеешь, не обладаешь способностями скрупулезно вчитываться, детально по винтику это разбирать любой процесс и цепь. Это же не говорит о том, что нет людей, которые это могут, умеют и любят. Ведь есть же люди, которые любят, скажем так, рисовать картины и думать о высоком. А есть люди, которые любят собирать конструктор по винтикам. Есть же люди, которые любят работать руками. Есть люди, которые любят прочерчивать механизмы. Они под это заточены. Казалось бы, что мешает объединиться? Потому что есть некая предрасположенность от природы. То есть у русских, как у нации, есть некая всеобщая подключенность. Мы интуитивно понимаем основополагающие истины. Это даже пока что не понимание, а примерное представление. До понимания там еще далеко на самом деле. Опять же с сильными сомнениями. Примерно туда тянет, а вдруг не правильно, вдруг не то… Конкретики там нет, там нет цельного мировоззрение.
Так вот. Что мешает объединиться, собственно? И вместе уже идти к единой цели. Конкретно уже не тянуть каждому одеяло на себя, как у нас обычно любят. У каждого есть представление, и у всех при этом есть еще гордыня. Он самый умный из всех. То есть каждый суслик в поле агроном. Я, например, не волоку в каких-то вещах, я туда собственно и не лезу. Тягомотно и муторно, мне кажется по винтику это всё разобобщать. Я мыслю концепциями. Я даю концепцию, но если мне дают обратную связь, я не сопротивляюсь, я не говорю, что, дескать, там всё херня, надо вот так. Я соглашаюсь с конструктивом именно тактического характера. Потому что гордыни нет.
Так вот может быть, всё дело в гордыне? Потому что каждый считает себя апостолом и гуру в последней инстанции. У подавляющего большинства людей начисто отключен приемник обратной связи. Все любят спорить, но никто не любит вникать в суть. Но это же такое исконно-посконное российское. Как сказал Радзинский: «Наш спор, русский – это древний спор князя Курбского с Иваном Грозным, где оба спорящих абсолютно не слушают друг друга. Каждый задает один вопрос, а тот отвечает на другой. Вот этот спор наш. Это спор, где с самого начала умирает истина». Может быть, тогда уже имеет смысл прислушиваться к мнению окружающих, к людям? То есть вникать в суть вопроса.
А теперь несколько вопросов к вам:
Вы считаете мою концепцию правильной?