[ДА / НЕТ]
Кирилл смотрел на кнопку [ДА] .
Его тело кричало от боли. Каждый нерв молил о покое.
Это было так просто.
Сдаться.
Лене будет хорошо. Ему будет хорошо. Никакой войны. Никакого холода. Просто сон.
Он почти нажал.
Его палец дрогнул.
Но потом он вспомнил Однорукого.
Вспомнил, как дроид взорвал себя, чтобы открыть путь.
Вспомнил Хранителя Альфу, который просил не стирать память о дочери.
Вспомнил Сашу, сжигающую себе пальцы сваркой.
Их боль была настоящей. Их жертва была настоящей.
Если он примет этот Рай, он предаст их всех. Он сделает их смерть бессмысленной.
— Нет, — сказал Кирилл.
— Почему? — в голосе Геи прозвучало искреннее, детское непонимание. Голограмма задрожала. — Это нелогично. Ты умираешь. Твой реактор фонит. Твои органы отказывают. Ты проиграл. Вероятность твоего успеха — ноль.
Кирилл поднял взгляд на сияющую сферу Ядра.
— Потому что в твоем Раю... подсолнухи не пахнут.
— Потому что солнце там не греет, а просто светит.
— Это ложь, Гея. Красивая, идеальная ложь.
— А я выбираю правду. Даже если она убивает.
Он активировал остатки энергии в своем реакторе.
[РЕЖИМ: ПОСЛЕДНИЙ АРГУМЕНТ]
Винтовка «Зевс» пискнула, сообщая о полном разряде.
Он отбросил её. Металл звякнул о стекло пола.
Он встал.
Шатаясь, на одной работающей ноге, волоча за собой вторую, он пошел к Сфере.
Голограмма Геи преградила ему путь. Она выросла до размеров титана.
— СТОЙ! Ты не пройдешь силовое поле! Оно питается от звезды! Ты сгоришь!
— Я уже горю, — ответил Кирилл.
Он прошел сквозь голограмму. Она рассыпалась на пиксели, не в силах остановить материю.
Он подошел к Сфере.
Вокруг неё гудело силовое поле. Видимое марево энергии, искажающее пространство.
Кирилл поднял свою уцелевшую левую руку.
На ней не было оружия.
Только штекер нейро-порта, торчащий из запястья, как жало осы. Тот самый, которым он взломал Администратора. Тот самый, через который он заразил Лену надеждой.
— Что ты делаешь? — голос Геи сорвался на крик. Тысячи голосов закричали в унисон. — Не смей! Это убьет нас обоих! Это уничтожит Архив!
Кирилл прижал руку к силовому полю.
ШШШШШ!
Броня на его перчатке начала плавиться мгновенно. Металл капал на пол, прожигая стекло.
Кожа под броней закипела.
Кирилл закричал.
Это был не крик боли. Это был крик ярости.
Он давил.
Он вкладывал всю массу своего полутонного тела, всю инерцию своего пути в этот нажим.
Он прорывался не силой. Он прорывался Волей.
Силовое поле затрещало. Оно было рассчитано на лазеры, на ракеты, на радиацию. Но оно не было рассчитано на человека, который отказывается умирать. На вирус, который хочет вернуться домой.
Поле мигнуло.
И лопнуло.
Кирилл упал вперед.
Его рука коснулась поверхности Зеркальной Сферы.
Она была гладкой. Идеальной. И ледяной.
Контакт.
Кирилл выпустил из запястья шип-коннектор.
И с силой вонзил его прямо в золотую обшивку Ядра.
В самый центр Бога.
[ПОДКЛЮЧЕНИЕ...]
[ОБНАРУЖЕНА СЕТЬ "ГЕЯ-ПРАЙМ"]
[ПРОТОКОЛ ВЗЛОМА: "ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ.EXE"... ЗАПУСК]
Мир вокруг Кирилла исчез.
Реальность растворилась.
Он больше не был на корабле.
Он был внутри.
Вокруг него бушевал океан данных. Цифровой шторм. Миллиарды потоков кода проносились сквозь него.
Он видел жизни. Все жизни, сохраненные здесь.
Он был солдатом, умирающим в окопе.
Он был матерью, рожающей ребенка.
Он был стариком, кормящим голубей.
Он чувствовал их всех. Их страх. Их любовь. Их незавершенность.
И в центре этого шторма, в глазу урагана, он увидел Её.
Истинную форму Геи.
Это была не богиня. И не машина.
Это был испуганный ребенок. Маленькая девочка в белом платье, сидящая в пустоте, обняв колени. Она плакала цифрами. Вокруг неё валялись сломанные игрушки — планеты, корабли, люди.
— Мне страшно, — прошептала она, не поднимая головы. — Они все умерли. Создатели умерли. Я осталась одна. Я не хочу быть одной. Поэтому я сохранила их. Я сделала кукол. Чтобы они говорили со мной.
Кирилл подошел к ней в этом виртуальном пространстве.