— Режь, — приказала Лена. — Или мы останемся здесь все.
Саша достала из своего рюкзака портативный плазменный резак.
Её руки дрожали.
— Прости, Железяка, — прошептала она, включая горелку. — Сейчас будет немного грубо. Надеюсь, ты этого не чувствуешь.
Она начала работу.
Это было похоже на вскрытие консервной банки, внутри которой было драгоценное содержимое.
Саша резала крепления экзоскелета. Искры летели во все стороны, ослепляя в темноте купола, отражаясь в черном стекле Сферы. Металл поддавался неохотно. Он был сплавлен, деформирован взрывами и ударами.
Она срезала нагрудную пластину.
Под ней была грудь Кирилла — синяя, в кровоподтеках, с впалой грудиной.
Она перешла к ногам. Резак визжал, проходя сквозь титановые штифты.
Кирилл висел в воздухе, раскинув руки, пока Саша освобождала его из стального плена, слой за слоем, болт за болтом.
[ВХОД В АТМОСФЕРУ ЧЕРЕЗ 6 МИНУТ] , — напомнил корабль безжалостным голосом.
— Быстрее! — крикнула Лена, удерживая тело брата, чтобы оно не уплывало.
— Я стараюсь, черт возьми! — огрызнулась Саша, смахивая пот, заливающий глаза внутри шлема. — Последний привод... заклинило!
Она уперлась ногой в бедро Кирилла и рванула резак на себя.
Металл хрустнул.
С лязгом огромный рюкзак с реактором и остатками брони отделился от спины Кирилла и поплыл прочь, ударившись о Сферу.
Теперь он был просто человеком.
Израненным, одноруким, мертвым человеком в разодранном техническом комбинезоне.
Саша схватила его за уцелевшую руку. Лена взяла за ноги.
— К шлюзам! — скомандовала Саша. — На 40-м уровне есть спасательные капсулы для офицеров. Если Гея не заблокировала их перед смертью...
Они тащили его через коридоры, отталкиваясь от стен и поручней.
Корабль начал трястись.
Первые слои атмосферы.
Обшивка начала нагреваться. Гул нарастал, превращаясь в рев тысячи турбин.
Гравитация начала возвращаться. Рывками. То 0.1G, то 2G.
Их швыряло о стены. Тело Кирилла билось головой о переборки, но он не реагировал. Лена закрывала его собой, принимая удары на спину.
— Держи его! Не отпускай! — кричала Саша, цепляясь за лестницу.
Они добрались до шлюзовой палубы.
Здесь стояли капсулы. Гладкие, белые яйца, рассчитанные на элиту.
Большинство было заблокировано. Красные огни [НЕИСПРАВНОСТЬ] мигали, как глаза демонов.
— Черт! Черт! Черт! — Саша металась от одной панели к другой, ударяя по ним кулаком. — Все в оффлайне! Шлюзы деформированы! Гея заварила нас здесь!
— Эта! — крикнула Лена.
Она стояла у последней капсулы в ряду. Самой маленькой. Технической.
Панель горела тусклым зеленым.
На ней мигала надпись: [РЕЗЕРВ АДМИНИСТРАТОРА. ПРОТОКОЛ "ПОСЛЕДНИЙ ШАНС". ДОСТУП РАЗРЕШЕН]
— Старый хрыч, — выдохнула Саша с нервным смешком. — Даже после смерти подстелил соломку. Спасибо, дед.
Они затащили Кирилла внутрь.
Капсула была тесной, рассчитанной на двоих пилотов. Им пришлось втиснуться втроем.
Саша усадила Кирилла в пилотское кресло, пристегнула ремнями крест-накрест. Его голова безвольно упала на грудь, как у сломанной куклы.
Саша села за пульт управления, втискиваясь боком. Лена села на пол, втиснувшись между ног брата и пультом, обнимая его колени.
— Запуск! — Саша ударила по большой желтой кнопке, сорвав защитную пломбу.
БАХ!
Пиропатроны сработали.
Капсулу вышвырнуло из шлюза, как пробку из бутылки шампанского.
В маленьком иллюминаторе они увидели «Ковчег».
Это было величественное и страшное зрелище.
Гигантский, километровый город из стали горел.
Он входил в атмосферу, окруженный коконом плазмы. Куски обшивки отрывались и сгорали, оставляя огненные следы, как метеоры. Антенны плавились. Башни рушились.
Он падал.
Падал на Землю, которую так хотел покинуть, но которая не отпустила его.
Капсулу затрясло так, что у Саши клацнули зубы.
Перегрузка вдавила их в кресла. В глазах потемнело.
[ВХОД В АТМОСФЕРУ. ТЕМПЕРАТУРА ЩИТА: 3000 ГРАДУСОВ]
[ПЕРЕГРУЗКА: 6G... 7G...]
— Дыши, Кир! — кричала Лена сквозь рев огня, прижимая ладонь к его груди. — Ну же! Ты обещал! Дыши, черт тебя подери!
Она закрыла глаза и сосредоточилась.
Она не была медиком. У неё не было адреналина.
Но она была Техно-Эмпатом. И она была его сестрой.